Проектировщик хрущевок: «хрущевки» — совместное советско-французское предприятие? » Вcероссийский отраслевой интернет-журнал «Строительство.RU»

Содержание

«хрущевки» — совместное советско-французское предприятие? » Вcероссийский отраслевой интернет-журнал «Строительство.RU»


Как концепция массового строительства в СССР связана с французами и группой «Мумий Тролль» 


Опостылевшие «хрущевки», или как их еще называют «хрущобы» — наследие, доставшееся нам «по завещанию от бабушки», решительно грозят отправить под тотальный снос. Неужели в одночасье сгинет без следа железобетонный памятник разрешению зарождавшегося жилищного кризиса в СССР в конце 50-х — начале 60-х годов XX века? Неужели в самом деле пришла пора прощаться с этим невзрачно-серым призраком советской эпохи, вошедшим в историю архитектуры под именем советский «функционализм»?

 

Сколько поколений российских граждан выросли в этом микромире бетонных ячеек, украшенных изнутри ковром с псевдоперсидским узором! Неудивительно, что в ответ на это в сетевых источниках, склонных к рефлексии, тут же появились соответствующие случаю ностальгические фотоподборки с панельным раем для честных тружеников советской земли.

Да, в свое время «хрущевки» почти моментально дали кров тысячам семей, решив на многие годы жилищную проблему, но сегодня, чего уж греха таить, эти кряжистые и унылые постройки являют собой нечто доисторическое.


(Фото, новенькая «хрущевка»:

Проект сноса «хрущевок» в столице реализуется уже не первый десяток лет, но пока эти действия носили локальный характер. Теперь же речь идет о том, чтобы уничтожить «хрущевки» как вид, полностью. И не только в Москве, но и по всей России. Масштаб работы представляется огромным (хорошо, что ломать — не строить). Сколько же времени и денег уйдет на один только снос?  

Но прежде чем попрощаться, стоит вернуться к истокам. Зачем это было нужно? Кто автор концепции и при чем тут французы? Как связаны «хрущевки» с коммунизмом и «Мумий Троллем»? А также сколько они еще могут прослужить нам в качестве, пусть и минимально комфортного, но безопасного жилища? Начать стоит с самой идеи.

 

«Лагутенковки» 

«Хрущевки», как известно, получили свое название от фамилии генерального секретаря Никиты Сергеевича. Хотя самые первые проекты шаблонного массового жилья были разработаны еще при Сталине. Среди них были даже с печным отоплением и плитами на дровах, без канализации и водопровода. То, что получило впоследствии название «хрущевка», выглядит человечнее и дружелюбнее сталинских проектов, но, по сути, к Хрущеву отношение имеет опосредованное, поскольку самый первый проект типовой пятиэтажки был реализован еще в 1948 году — до развенчания культа личности вождя оставалась целая пятилетка.   

Массовое распространение «хрущевки» действительно получили с приходом Хрущева к управлению страной. К тому времени вопрос обеспечения жильем строителей экспериментального государства, приближавших светлое будущее, встал очень остро. Стратегически важной стала задача доказать делом, что «эх, хорошо в стране советской жить!».

Поэтому в первые послевоенные годы перед ведущими инженерами Моспроекта была поставлена задача в краткие сроки разработать технологию быстровозводимого дешевого жилья с малогабаритными, но отдельными квартирами для советских семей. В это же время первую мастерскую Моспроекта возглавил выпускник Московского института инженеров транспорта, проектировавший во время войны столичные бомбоубежища, Виталий Лагутенко, родной дед певца Ильи Лагутенко, лидера группы «Мумий Тролль». Он-то и разработал первый пробный, а затем и массовый проект панельной пятиэтажки. 
Фото, инженер Виталий Лагутенко

Выглядеть они могли бы примерно так, как первые советские каркасные дома на Хорошевском шоссе, построенные в 1949 году. Но тут вмешалась высшая власть, вдохновленная идеей борьбы с «украшательством» и сторонница максимального удешевления сметы. Разработки типовых домов Лагутенко потеряли элементы декора, пригнулись к земле и поблекли, потеряв вместе со штукатуркой яркость фасада и перейдя к единому для всех оттенку ничем не прикрытого бетона. И все же за внешним обликом домов на Хорошевском уже хорошо угадываются угловатости облика «хрущоб».


Фото, Дом на Хорошевском шоссе 

С конца 1950-х — начала 1960-х годов Виталий Лагутенко работал главным инженером НИИ Моспроекта и руководителем Архитектурно-планировочного управления Москвы. В эти же годы законченный вид приобретает увековечившая его имя разработка К7, ее поначалу так и называли —«лагутенковка». В те же годы появилось первое шаблонное жилье на подмосковных полях деревни Черемушки, которое стремительно распространилось по всему СССР с новым прозвищем — «хрущевки», сохраняющимся по сей день. 

 

Французский след

Размах был нечеловеческий. Чтобы обеспечить стройки готовым материалом, по всей стране было основано 402 завода, выпускавших одинаковые железобетонные прямоугольники, скреплявшиеся на месте строительства без цемента, при помощи сварки. Простая конструкция дома при наличии нужного количества рабочих могла быть собрана всего за 2 недели! Еще столько же времени требовалось на минимальную внутреннюю и внешнюю отделку, тепло- и шумоизоляцию. Такого размаха и темпов строительства история человечества еще не знала!

Впрочем, Советский Союз в этом деле, как оказалось, стал первым только по темпам и размаху. Схожий, если не сказать, идентичный проект был реализован во Франции еще за 10 лет до первых «лагутенковок» фирмой инженера Раймона Камю

. Те же идеи экономичности и быстроты возведения, те же 5 этажей — это французское правило, ограничивающее количество этажей в жилом доме, где не предусмотрен лифт. Частично советскими инженерами был позаимствован и минималистичный внешний вид.

Дом во Франции, созданный по технологии Camus 

Это неудивительно, ведь после удачных практических упражнений инженера Камю на исторической родине, советские власти то ли переняли опыт, то ли приобрели право на частичное использование его технологий. Известно только, что сам французский разработчик и владелец предприятия «Camus», три раза приезжал в СССР для того, чтобы дать необходимые консультации отечественным проектировщикам и строителям. Так что в каком-то смысле проект по строительству «хрущевок» можно назвать советско-французским «совместным» предприятием… 

 

Временное вечное

За четверть века, с конца 1950-х до середины 1980-х, в СССР было введено почти 300 млн кв.

м. жилья — все это были «хрущевки». В наши дни это составляет 1/9 всего отечественного жилищного фонда. Переселиться в отдельную квартиру в таком доме для большинства советских тружеников было пределом мечтаний, ведь жить им до этого, как правило, приходилось либо в коммуналках, либо в деревянных бараках без удобств.

Несмотря на это, было понятно, что от идеала образцового советского обиталища, новые проекты страшно далеки. Поэтому уже хорошо знакомые всем четырех- и пятиэтажки были объявлены лишь временной мерой — только до наступления коммунизма, запланированного на 1980 год. Чего, как известно, не случилось. При новом генсеке, Леониде Ильиче, проект многоквартирного панельника немного усовершенствовали: разделили ванную и туалет, увеличили число комнат до 4, неизменным остался только усредненный внешний вид. 
Фото, «Брежневка»

Некоторые серии пятиэтажек были рассчитаны только на 25 лет, другие — на 50. Оба вида до сих пор не выведены из жилфонда.

При этом, согласно последним исследованиям, те, что были рассчитаны на 50 лет, могут прослужить и все 150. Так что, учитывая новые сведения, вопрос тотального сноса «хрущоб» еще может и, вероятно, будет многократно пересмотрен. В конце концов, многие из них не отстояли и 70 лет!

 

Что взамен?

Как бы крамольно это ни звучало, принцип быстровозводимого жилья с эпохи «хрущевок» почти не поменялся. Строят, или правильней сказать собирают, современные многоквартирные многоэтажки по-прежнему из готовых блоков по типовым проектам и с бешеной скоростью. Другие времена, другие технологии, усовершенствованная техника, новые стандарты. Но часто квартиры в таких домах, хоть и отличаются более продуманной планировкой, по количеству квадратных метров могут даже уступать пятиэтажкам начала 1980-х годов. 
Фото, современные панельные дома

«Хрущевки», эти обитатели прежних городских окраин, сегодня зачастую располагаются в довольно завидных районах. Какие дома появятся на месте старых пятиэтажек? Вполне возможно это будет элитное жилье с роскошной планировкой, высокоорганизованным пространством и развитой инфраструктурой. И вряд ли туда смогут въехать обитатели снесенных «хрущоб», рассчитывать которым стоит разве что на аналогичное количество квадратных метров в панельной многоквартирной многоэтажке в относительно недалеком пригороде.          

Алексей ГАРИН

Архитекторы оценили новый проект реконструкции хрущевок от «Стрелки»

КБ «Стрелка» в новом проекте предложила способы модернизации типовых пятиэтажек. Специалисты предлагают дополнить хрущевки стеклянными лифтами, французскими балконами и палисадниками. Корреспондент «Нашего Севера» 16 июля поговорила с архитекторами и узнала, насколько это выгодно жильцам и инвесторам.

Проектировщики предлагают:
1. сделать выход в палисадник из квартир на первых этажах;
2. обустроить место в подъезде для велосипедов и калясок;
3. обновить балконы в едином стиле;
4. перепланировать первые этажи для стрит-ритейла;
5. оборудовать крыши для отдыха и игр;
6. Изменить планировку на «более комфортную и гибкую».
Специалисты отмечают, что каждый второй горожанин в России живет в типовом доме, построенном в СССР.
На картинках с примерами реконструкции от «Стрелки», есть серии хрущевок не вошедших в программу реновации.
Например, специалисты предлагают сделать выход в палисадник для жителей первых этажей на примере серии 1−464, а также организовать общую террасу на крыше за счет разбора верхних этажей для серий
1−464
и I-439А.
Проектировщики не оставили без внимания и попавшие под реновацию серии домов. На примере 1−447 архитекторы предлагают пристроить французские балконы. Дома этой серии считаются одними из самых прочных среди других хрущевок, срок их службы составляет не менее 100 лет.

В серии I -335 предлагается разместить на первом этаже ресторан, парикмахерскую, спортзал или кинотеатр вместо одной из квартир. Эти дома отличаются большими окнами: в среднем на 10 см шире, чем в других хрущевках, а на лестничных клетках окна почти во весь этаж.

Архитектор, руководитель градостроительной компании «Яузапроект» Илья Заливухин назвал решения «Стрелки» «декоративными». По его мнению, набор опций для реконструкции должен быть шире: «Это немного популизм. Сделать французские балконы, конечно, можно. Другой вопрос — в каком климате находятся пятиэтажки».

Архитектор считает, что речь должна идти о замене всех коммуникаций, укреплении фундамента, утеплении дома и реконструкции кровли. «Именно они часто приходят в негодность», — отмечает он.

По словам Заливухина, если дом аварийный, усилить фундамент и конструкцию — самое дорогое. «Но большинство пятиэтажек аварийными не являются. Если сделать только французские балконы — это недорого», — констатирует он.
Архитектор Лидия Гуфранова отмечает преимущества проекта:

«Программа крута тем, что изменения можно поэтапно делать, постепенно преображая дом. Это щадит бюджеты муниципалитетов».

Однако, по ее мнению, «Стрелка» лукавит, что такая реконструкция будет дешевле, чем построить новый дом. «Я часто слышала от старших по цеху коллег, что снести и построить заново часто выходит намного дешевле, чем провести качественную реконструкцию», — говорит она. Гуфранова подчеркивает, что решения «Стрелки» подходят для зданий в нормальном состоянии.
«В типовых домах есть прелесть, это какой-то уходящий период, когда архитектуре было незазорно быть серийной, некричащей, не единственной в своем роде. Тут даже важнее не разрабатывать решения, а накрыть волной дискуссии о пользе такой работы мэров, администраций, местных градостроительных отделов и т. д.», — заключает архитектор.
Любовь Алтухова
Фото: КБ «Стрелка»

Снос пятиэтажек первого периода индустриального домостроения — Комплекс градостроительной политики и строительства города Москвы

Согласно этому документу, новое комфортабельное жилье до конца 2010 года должны были получить жители 1722 пятиэтажек серий К-7, II-32, II-35, 1605-АМ, 1МГ-300. Общая площадь сносимых домов составляла 6 млн кв. метров. 

 

 

Именно эти серии домов сегодня принято называть «сносимыми». Они возводились в самом начале эры массового строительства — в 1959-1962 годах и имели тонкие наружные стены из облегченных ребристых керамзитобетонных панелей с недостаточными теплозащитными свойствами. Технологии, использованные при строительстве таких зданий, не позволяют их реконструировать.

К октябрю 2020 года снесено 1706 зданий – это 98,7% от планового задания. Программа сноса пятиэтажных домов завершена в следующих административных округах: ЦАО, САО, СВАО, ВАО, ЮВАО, ЮАО, СЗАО и ЗелАО.

К «несносимым» сериям отнесли панельные «хрущевки» серии 1-515, блочные — серии 1-510 и кирпичные — серии 1-511, 1-447. Такие здания имеют принципиально другую конструктивную систему и рассчитаны на более длительный срок эксплуатации.

История вопроса

Сегодня пятиэтажные «хрущевки» воспринимаются не иначе как пережиток прошлого на фоне современных жилых микрорайонов. Но в послевоенные годы они являлись воплощением мечты советских граждан об отдельной квартире. Миллионы семей по всей стране тогда ютились в подвалах, коммуналках и общежитиях барачного типа.

В начале 1950-х годов союзное правительство поставило перед архитекторами задачу разработать проекты, которые позволили бы развернуть массовое жилищное строительство. При этом необходимо было добиться максимальной экономии государственных средств.

Идею постройки заводов по изготовлению комплектующих деталей для сборных домов привезли из Франции. Для удешевления стоимости строительства было решено радикально снизить все жилищные стандарты. Так появились кухни площадью 5-6 кв. метров, совмещенные санузлы, смежные маленькие комнаты.

 

 

В 1953 году вышло постановление, согласно которому на окраине столицы предполагалось создать поселок из 283 домов упрощенного типа для строителей, привлекаемых в Москву по лимиту. Экспериментальный квартал довольно быстро возвели в районе Новые Черемушки.

Новый микрорайон понравился первому секретарю ЦК КПСС Никите Хрущеву, и очень скоро большая стройка закипела по всему Союзу.

Технология возведения панельных домов позволяла сдавать под заселение пятиэтажку примерно за 45-50 дней. При этом «без отделки» здания собирались в среднем всего за 12 рабочих дней, а некоторые «стахановцы» на всесоюзных соревнованиях поставили рекорд, собрав «хрущевку» и вовсе за пять дней. Такие дома сооружались из готовых блоков как картонный домик, поэтому новые микрорайоны вырастали за считанные недели.

К началу 1970-х годов в стране было построено около 400 млн кв. метров пятиэтажек. Москва как флагман панельной застройки по числу новых квартир на количество жителей обгоняла почти все крупные города стран Запада.

 

 

Впрочем, уже тогда проектировщики понимали, что срок жизни такого жилья недолог: для первых серий «хрущевок» он составлял примерно 25 лет. По истечении этого времени их планировалось снести и заменить более долговечным и комфортным жильем. Но на деле «хрущевки» продолжают стоять и по сей день, более чем вдвое пережив отведенное им время.

О необходимости сноса отживших свой век пятиэтажек задумались еще в конце 1980-х годов, но начавшаяся перестройка отодвинула планы по обновлению жилого фонда на неопределенное время.  

Для реализации программы сноса был разработан так называемый «волновой метод»: сначала строится дом, в который переселяются люди из «хрущевок», затем пятиэтажки разбираются, а на их месте возводится новое жилье. Таким образом жильцы переезжают в свой же район, недалеко от того места, где жили раньше.

Стройкомплекс Москвы разработал график сноса домов, и до начала 2009 года строители, как могли, его придерживались. За это время было разобрано порядка 70% домов. Самыми продуктивными стали 2006 и 2007 годы, в течение которых удалось расселить жителей 680 пятиэтажек. Однако потом в стране начались экономические трудности и темпы переселения значительно снизились. В 2010 году удалось снести 48 домов, а в 2011-м — всего 31.

 

 

Первоначально основной объем работ по реновации кварталов выполняли строительные компании на основе инвестиционных контрактов. Девелоперы сносили «хрущевки» и возводили на их месте новое жилье, передавая городу за пользование участками определенную долю, которая выражалась в квартирах, объектах инфраструктуры или перечислениях в бюджет «живых» денег.

Однако после обновления Земельного кодекса реализация всех инвестконтрактов на реконструкцию пятиэтажных кварталов остановилась. Согласно вступившим в силу поправкам городские власти больше не могли передавать землю под сооружение стартовых домов без конкурса. Кроме того, не оправившись от экономического кризиса, часть девелоперов не смогли справиться со взятыми на себя обязательствами по переселению людей.

В результате городские власти приняли беспрецедентное решение завершить программу сноса домов первого периода индустриального домостроения за счет бюджета. Это было единственным решением, которое позволило бы ликвидировать основную часть домов «сносимых» серий.

 

 

От редакции: Из хрущевок в «собянинки»

Столичные власти намереваются строить для жильцов сносимых хрущевок дома с малогабаритными квартирами. Проектировщики уже приступили к разработке новых домов, которые, вероятно, придется называть «собянинками». Инициаторы проекта считают, что просторные квартиры в обычных новостройках – неоправданная роскошь для жильцов пятиэтажек и городского бюджета. Решено проектировать новые типовые дома. Авторы проекта, вероятно, недостаточно информированы. В строящихся сейчас на месте пятиэтажек домах серии П-44Т есть двушки площадью 51 кв. м, что сравнимо с маленькими (50–54 кв. м) квартирами в «собянинках».

Вспомним советскую предысторию. Строительство и распределение жилья в СССР было инструментом управления, поощрения и наказания горожан. В конце 1920-х – середине 1930-х гг. в Москве построили несколько соцгородков. Архитекторы-конструктивисты творчески восприняли лозунг о воспитании нового человека и стремились расширить сферу коллективного и свести к минимуму частное. Теснота личного пространства должна была вытолкнуть его обитателей в общее: в общие кухни, прачечные и иногда санузлы. Позже установилась жесткая зависимость получения жилплощади от работы на определенном месте для большинства. Вместе с пропиской эта зависимость позволяла прикреплять работника к предприятию. Одновременно номенклатура получала удобные квартиры в сталинских домах с достойным приватным пространством. Хрущобы – временное жилье, рассчитанное на 25 лет, – тоже были приватным пространством, но тесным и типовым. Это было советское решение жилищной проблемы. По тому же пути предлагают идти менеджеры города и в XXI в.

Несоветским решением был комплекс мер по модернизации рынка жилья, что включало бы строительство новых дорог, коммуникаций, развитие общественного транспорта, снижение административных барьеров для строителей, поощрение и развитие конкуренции, борьбу с коррупцией в девелоперской и строительной отраслях. Все это вместе снизило бы цену жилья. Но чиновникам ближе старый способ решения проблем: оставить монополизированный и крайне выгодный им рынок без изменений и заняться раздачей – опять не без пользы для себя – квартир для очередников.

Наследие хрущевок: хлам или недооцененное богатство

Пока Москва избавляется от хрущевского наследия в виде пятиэтажек, дизайн квартир переживает приступ если не любви, то симпатии к изобретениям советских времен. Искусствовед, основатель «Школы популярного искусства Op_Pop_Art» и автор проекта «Институт благородных девиц. Оттепель» Анастасия Постригай — о достижениях советского дизайна, оставшихся в памяти и доживших до наших дней.

«У Корбюзье то общее с Люфтваффе, что оба потрудились от души над переменой облика Европы», — писал Иосиф Бродский в «Роттердамском дневнике». Спорить с поэтом оснований нет: сегодня мы все живем в том самом «Лучезарном городе», что мечтал возвести легендарный французский архитектор. Ле Корбюзье первым запел функциональности в архитектуре. По его мнению, счастье человека определялось комфортом, а не красотой. Эту же песню, правда много позже — после Второй мировой войны — подхватили и в Советском Союзе. А отказ от «украшательства в архитектуре» после смерти Сталина совпал с необходимостью срочно решить проблему с дефицитом жилья. Так в России появились хрущевки.

Начинка советских квартир эпохи Хрущева отражала идеологию, и если на Западе дизайн подстраивался под потребности рынка, то в СССР заказчиком было государство в единственном числе. И претензии у заказчика были короткими, но сложными: внешний облик домов, планировка и дизайн жилья должны быть функциональными и лаконичными. Отсюда и холодильник под подоконником, и окно между ванной комнатой и кухней, а то и между кухней и гостиной-столовой — чтобы еду было удобно подавать. А что уж говорить про площадь комнат, что рассчитывали исходя из количества движений обитателей квартиры!

Дизайнерам в таких условиях пришлось нелегко. С 1957 года в СССР издавался журнал «Декоративное искусство», но самобытного советского декоративного искусства в Союзе так и не случилось. Конструкторам приходилось по крупицам собирать информацию о европейском и особенно американском дизайне, а потом уже подстраивать полученный опыт под советские реалии.

Главным центром дизайна в СССР был Всесоюзный научно-исследовательский институт технической эстетики (ВНИИТЭ), в 60-е он находился на территории ВДНХ. Именно оттуда и растут длинные ножки практически всей советской мебели. И пусть к внешнему облику комодов и кресел остаются вопросы, стоит признать: вопрос с качеством проектировщики решали на века — как правило, мебель делали из натурального дерева. Советским гражданам новые веяния пришлись по душе, и к началу 60-х все дружно потащили на помойку резные дубовые шкафы, что были в моде до войны.

Сейчас мебель из хрущевок вновь становится востребованной. Присмотритесь к каталогам той же «Икеи»: те же кресла с деревянными подлокотниками, диваны строгих форм, лаконичные торшеры.

Но хитом советского дизайна была вовсе не мебель, а техника. Первый электронный телевизор назывался просто — «КВН». Название сложилось из первых букв фамилий изобретателей — ленинградских инженеров Кенигсона, Варшавского и Николаевского. Позже аббревиатуру стали расшифровывать как «купил-включил-не работает». Работал этот девайс и правда не на славу. Например, экран его был настолько маленьким, что зрителям приходилось ставить увеличительную линзу с водой или глицерином.

«КВН» выпускали до 1967 года, пока на смену ему не пришли «Рубины» и «Рассветы» в разных модификациях. Другим популярным обитателем советских квартир был пылесос «Чайка», по форме похожий на крохотную ракету или огромный термос одновременно.

Конечно, сейчас вряд ли кто-то станет использовать «Чайку» в быту или хранить пылесос в качестве артефакта. Почетное место в XXI веке заняли советская аудиотехника — магнитолы, виниловые проигрыватели, магнитофоны. Коллекционеры или просто не жадные люди готовы платить за них не одну тысячу евро.

Популярность советской техники и мебели можно объяснить двумя причинами. Во-первых, это пока еще не антиквариат, а потому цены на такие предметы не успели взлететь до небес. А во-вторых, как известно, мода циклична. И все, что было в моде полвека назад, обретает шанс на вторую жизнь. Впрочем, главное в вещах родом из “оттепели” — их очарование, неподвластное времени. Да, их дизайн прост в исполнении, а внешний облик чаще всего непритязателен. Но каждый радиоприемник или комод на длинных ножках хранит столько воспоминаний, что поместите такой в обычную гостиную — и получите симпатичный музей. Разве такое купишь в IKEA?

«Жилая застройка будет более плотной» Что появится на месте московских «хрущевок»: Москва: Россия: Lenta.ru

В 60-е годы прошлого века типовые пятиэтажки помогли решить проблему расселения московских коммунальных квартир и бараков. Теперь их собираются сносить. Что вырастет на их месте? Как должен развиваться большой город и как сделать спальные районы центрами культурного притяжения и местами, удобными для жизни? На эти вопросы «Ленты. ру» ответил заведующий Международной проектно-учебной лабораторией экспериментального проектирования городов НИУ ВШЭ Дмитрий Наринский.

«Лента.ру»: Тесные и неказистые панельные хрущевки в свое время решили квартирный вопрос советского человека, но с годами превратились в тяжкое наследие эпохи. Была ли альтернатива этим технологиям?

Наринский: Прорабатывались разные конструктивные решения. Вполне возможно, что при определенном стечении обстоятельств мы бы пошли другим технологическим путем — например, были экспериментальные проекты из пластика.

Кроме того, страна много строила из дерева, но в погоне за дешевизной и в силу технологической отсталости получались исключительно деревянные бараки. Мы немного не дошли до финских щитовых домов, которые были бы следующим шагом. В другой ситуации советские проектировщики могли бы заимствовать щитовые технологии, и развитие жилого домостроения у нас пошло бы по иному пути.

Но блочно-панельные технологии оказались дешевле. Или проще?

Прежде всего, дело в процессе изготовления. Это серийное типовое домостроение. Основная часть работ делается в цеху на заводе, а на стройке просто идет сборка. Это была общемировая тенденция в тот период, у нас выбрали один из нескольких вариантов, а другие технологии не получили развития.

Фото: Антон Денисов / РИА Новости

Если бы в СССР избрали другой технологический подход, это как-то отразилось бы на современном облике города?

Дело не в технологиях, а в определенных социальных и политических факторах, существовавших в тот период. Те страны, с которыми мы себя сейчас сравниваем, существовали в условиях частной и муниципальной собственности на землю. Стоимость земли там выражалась в конкретном денежном измерении. В СССР она фактически ничего не стоила, и в отсутствии земельных отношений микрорайоны у нас развивались с учетом этой особенности.

Одним из основных отличий этого типа застройки является невозможность формирования отдельных земельных участков, территорий общего пользования и так далее. Это были территории, застроенные домами на определенном расстоянии друг от друга. Именно это и обусловило сегодняшние сложности развития города.

Оправдан ли план массового сноса пятиэтажек? Они действительно отжили свое?

Я не могу говорить обо всех пятиэтажках, они находятся в разном техническом состоянии. Речь идет прежде всего о панельных домах. Там использовались конкретные технологические решения, которые больше нигде в мире уже не воспроизводятся. Даже французы — а пятиэтажки как массовое жилье пошли именно из Франции — достаточно быстро сняли с производства этот вид строительной продукции.

Город во Франции

Скриншот: Google Maps

Как скажется на городе массовый снос пятиэтажек?

Мне кажется, снос этих строений нужно сопоставлять с застройкой Новой Москвы. Что будет лучше для жителей города и менее болезненным в перспективе — рост города вширь или интенсивное развитие уже застроенных территорий с их реконструкцией?

Города в странах Европы развиваются в своих границах. У нас же есть ужасная традиция «обрушающего» расширения. Мы расширяем город, обрушая его структуру. Поэтому идея реконструкции старой застройки абсолютно правильна. Я считаю более правильным развивать серединный пояс города, а не бросать силы на развитие Новой Москвы.

Многим людям, живущим в пятиэтажках, предлагают улучшить свои жилищные условия именно в Новой Москве.

Наверное какая-то часть девелоперов будет предлагать людям более выгодные условия в отдаленных районах, в том числе и в Новой Москве. В городской программе говорится, что жилплощадь переселенцам будет предоставляться в рамках района проживания, а если речь идет о центре, в пределах ЦАО. При этом увеличение площади новых квартир будет достигаться за счет коридоров, санузлов и кухонь. Но если человек хочет увеличить именно жилую площадь, то почему бы не рассмотреть варианты в других районах.

Я бы обратил внимание на одну очень важную вещь: по сути сейчас речь идет о том, что девелопером выступает город (для этого будет создан специальный фонд). К этому можно относиться скептически, но если говорить о международной практике, то в других странах по большей части именно муниципальные власти занимаются такими крупными проблемными территориями.

В России не так?

У нас в последние годы шел сильный перекос в сторону частного девелопмента. Он нужен и очень важен в экономическом плане, но город может создавать продукт по строго выполняемым стандартам, благодаря этому будет меняться общее отношение частных девелоперов к своей продукции. А сегодня Москва и пригороды перегружены морально устаревшим предложением тех же самых панельных домов, которые от пятиэтажек отличаются по сути только количеством этажей.

Фото: Антон Денисов / РИА Новости

Так что же надо строить на месте хрущевок?

Главный архитектор Москвы Сергей Кузнецов в последние годы пытается внедрить идею квартальной застройки. Я думаю, что мы близки к этому.

Чем квартальная застройка отличается от микрорайонной?

Квартальная застройка предполагает возведение небольших и компактных групп домов, вокруг которых должна идти ограничивающая их улица. А микрорайон — это большое открытое пространство, на котором собрано много домов, соединенных проездами. В квартальной застройке благоустройство концентрируется на отдельных территориях и становится доступным для жителей всех близлежащих кварталов — оно не является частью конкретного двора или дома. Территории общего пользования, такие как парки и скверы, будут выделены из жилой застройки. А в случае микрорайона эти территории, как правило встроены в жилые. Мы же считаем, что их обязательно надо разделять. Жилая застройка при этом будет более плотной, но не станет расти в высоту. Все европейские примеры говорят о том, что при семи- и девятиэтажной квартальной застройке можно достигать плотности в 2,5 раза выше, чем при микрорайонной.

Но девелоперам выгодно строить высокие башни.

Правильно. Потому что девелопер — это коммерческая структура. Но когда в качестве девелопера выступает город, он должен руководствоваться иными принципами. Это очень важно, но пока, к сожалению, не всем до конца понятно.

Идея о том, что на квадратном метре высотного дома можно заработать больше, — иллюзия, если речь идет о микрорайоне. Ведь на смежных территориях мы теряем столько же денег, сколько получаем на конкретной подошве здания. Микрорайон никогда не дает высокой плотности застройки. Даже при очень высокой этажности в нем всегда будут разреженные пространства. В этом суть микрорайона: большие расстояния от одного дома до другого.

Фото: Алексей Филиппов / РИА Новости

Не будет ли чересчур плотная застройка, когда дома стоят в 20-30 метрах друг от друга, давить на жильцов?

Когда мы гуляем по улицам европейских городов, нас же это не смущает при шестиэтажной застройке.

Но у нас типовые дома, а в Европе они существенно разнообразнее.

Именно. В рамках квартальной застройки невозможно воспроизведение типовых моделей.

Не означает ли это увеличения затрат на проектирование?

Помимо моей работы в ВШЭ, я являюсь вице-президентом Союза архитекторов России. Мы подсчитали, что за последние 20 лет стоимость проектирования условного квадратного метра упала в 2,5 раза и более. Большинство коммерческих девелоперов привыкли экономить на старте. Своих денег в проект они практически не вкладывают, берут типовые решения.

В 1990-е годы проектирование занимало 7-9 процентов от общей стоимости строительства, а теперь эта цифра опустилась до 2,5 процента, иногда и меньше. Это фактически воспроизводство существующего проекта с минимальной модификацией. Но есть надежда, что город, выступая в качестве девелопера, прислушается к позиции главного архитектора, которая, надеюсь, будет поддержана профессиональным сообществом. Ведь это даст импульс для новых градостроительных решений в развитии Москвы.

Может, вообще избавиться от коммерческого девелопмента, ведь частники по большей части занимаются штамповкой типовых проектов?

Это иллюзия. Есть дорогой сегмент, где нет типовых решений, и я думаю, что именно им и должен заниматься частный девелопмпент. А город должен заниматься социальным жильем, жильем стандарткласса. Зачем это частному девелоперу? Он должен получать большую прибыль, это его задача — продавать не больше, но дороже.

А что по этому поводу думают сами частные девелоперы?

В обозримом будущем должна измениться действующая экономическая модель. Она зародилась в период ажиотажного спроса на жилье, и он, как мне кажется, прошел. Это удар по строительному рынку, но то, что город начинает заходить на него в качестве девелопера, выльется в поддержку отрасли.

Кстати, не надо думать, что девелоперы и строители — это одно и то же. Девелопмент предоставляет посреднические услуги между потребителем и строителем. Эти услуги должны перейти в другой формат и сегмент и точно уйти из экономкласса.

Фото: Алексей Филиппов / РИА Новости

Чтобы отдохнуть, многие москвичи едут из спальных районов в центр. Как решать проблему этой рекреационной миграции, сделать отдаленные районы культурными центрами?

При реконструкции должна появляться не только жилая функция, но и другие. Сейчас всем очевидно, что в этот набор должны входить социальные объекты — школы и детские сады. Конечно, должна появляться торговля. Все уже привыкли, что помимо крупных торговых центров есть магазины шаговой доступности.

Но помимо этого необходимы помещения клубного типа для общения жителей. В Москве пропали возможности для творчества — кружки, секции и так далее. В современном преломлении это могут быть коворкинги, еще что-то. Для этого уже в момент проектирования должны появляться различные помещения с вариативным назначением. Кто-то откроет клуб, кто-то школу танцев — для этого все первые этажи нужно делать нежилыми. Когда это будет реализовано, жизнь потечет по-другому. Зародятся новые форматы активности. Они, конечно, станут развиваться по бизнес-моделям, но сейчас, при такой застройке, для такого бизнеса просто нет места.

Важная проблема спальных районов — огромное количество машин во дворах. Есть предложение сделать парковку платной, но поможет ли это решить проблему?

Прежде чем что-то запрещать, надо, конечно, что-то предложить. Вопрос — что? В последние годы было построено много жилых комплексов с гаражами под дворовыми пространствами. К сожалению, зачастую они не выкуплены жильцами окружающих домов.

Фото: Алексей Филиппов / РИА Новости

Почему?

Выбор был следующий: либо человек где-то бесплатно бросит машину, либо он сейчас потратит деньги и купит гараж. Конечно же, будущий жилец выбирал не платить. Давайте представим, что у него больше нет возможности бесплатно бросить машину во дворе. Более того, если парковка в ряде мест вообще будет запрещена, то хочешь не хочешь, а придется выбирать для себя гараж.

Основная ошибка нынешних девелоперов заключается в том, что они стремились продать парковочные места. Понятно, что это была погоня за безумной прибылью, которая в то время превышала 200 процентов. В результате один из уровней таких паркингов оказывался непроданным и стоял закрытым на замок. Но ведь можно зарабатывать на сдаче их в аренду.

У человека должен быть выбор: он может купить место, потратив сумму, равную пятилетней аренде, либо тратить понемногу, но в итоге отдать больше, чем стоит это место. Или конкурировать с другими жильцами за бесплатное место на придомовой парковке. Так каждый сможет решить, что ему больше подходит.

Перепланировка квартир в хрущевках | «МОСтройпроект»

Серии жилых домов, именуемых сегодня «хрущевками» создавались с одной целью – быстро решить жилищные проблемы населения городов, многие из которых к тому же, были значительно разрушены войной.

В те годы (с начала 50-х и почти до конца 60-х годов прошлого века) появились первые типовые проекты, позволившие «тиражировать» жилые дома.

Кирпичная пятиэтажная хрущевка:

Постепенно внедрялись унифицированные детали и конструкции, переносящие значительный объем работ со стройплощадки в цеха домостроительных комбинатов.

По причине экономичности и высокой скорости строительства большинство хрущевок панельные.

Панельная пятиэтажная хрущевка:

Проекты перепланировки хрущевки

Квартиры в хрущевках сегодня во многом не соответствуют возросшим запросам горожан.

Основные претензии к ним следующие:

  • Маленькие и часто совмещенные санузлы.
  • Недостаточно высокие потолки.
  • Тесные кухни, прихожие и коридоры.
  • Наличие планировок с проходными комнатами.
  • Плохая тепло и звукоизоляция в панельных домах.

Часть этих проблем можно устранить при помощи перепланировки квартиры.

Важно помнить, что ремонт с изменением планировки квартиры потребуется согласовать.

Для предварительного согласования перепланировки потребуется обратиться в специализированную проектную организацию (например, нашу), где будут разработаны документы для получения разрешения на такой ремонт.

Существенным фактором, влияющим на возможность перепланировки квартиры является наличие несущих стен на ее площади. 

От этого также зависит степень сложности проекта и состав организаций, участвующих в проектировании.

Если квартира не разделена несущими стенами, перепланировка будет наименее сложной и вся необходимая для ее согласования документация может быть выполнена проектировщиком с допуском СРО (сегодняшним аналогом лицензии).

Устройство проема в несущей стене, как наиболее сложный вид перепланировки, потребует участия автора проекта здания (или замещающей его организации) в поведении расчетов и разработке технического заключения о возможности выполнения этих работ.

Дизайн перепланировки хрущевки

В большинстве серий домов, относящихся к «хрущевкам», несущих стен на площади квартир нет.

Комнаты и другие помещения квартир разделены перегородками, а то и встроенными шкафами, не несущими никакой нагрузки, но это не сильно упрощает ситуацию.

В значительной степени на возможность согласования тех или иных планировочных решений влияют санитарные и строительные нормы:

  1. Так, согласно пункту 9.25 СП 54.13330.2016, для всех квартир, где снизу есть соседи, запрещено расширять санузел за счет жилых площадей и кухни, а кухню нельзя увеличить за счет жилых помещений.
  2. При наличии квартиры сверху даже часть кухни не должна находиться под соседским санузлом.
  3. Проектируя перепланировку, потребуется учесть запрет на устройство выходов из уборной или совмещенного санузла непосредственно в кухню.

Часть типовых планировок в хрущевках (например, в однушках серии 1-511) сделана так, что увеличивать санузел практически некуда – между санузлом, кухней и комнатой нет коридора, а значит, нет и места для расширения.
 
Для других вариантов типовой планировки с расширением санузла все несколько проще.

Пример проекта расширения санузла в хрущевке:

  • В данном случае помещение санузла (4)  увеличили, используя пространство коридора. Места хватило даже для встроенного шкафа (4а). 
  • Проход в кухню (3) перенесли в комнату (1), разделив смежные помещения дверью

В большинстве квартир в хрущевках существенно расширить кухню также сложно – ее нельзя увеличивать (даже немного) за счет площади жилых комнат и санузлов.

Можно расширить пространство кухни, объединив ее со смежной комнатой, но и тут есть нормативные ограничения.

Согласно положениям постановления правительства Москвы № 508 (о перепланировке в многоквартирных домах), объединять газифицированную кухню с жилым помещением напрямую запрещено. 

В проекте перепланировки квартиры с газовой плитой между кухней и жилым помещением необходимо предусматривать дверь с плотным притвором – не допускающую проникновения газа в комнату

Граница между кухней и комнатой, за редким исключением, должна оставаться на прежнем месте.

Если дом кирпичный, то под потолком квартир вдоль стен могут располагаться горизонтальные выступы – это несущие ригели, на которые опираются плиты перекрытий.

Такие несущие элементы как ригели и колонны затрагивать при перепланировке нельзя, а стало быть, расположение этих конструкций придется учитывать при проектировании ремонта.

Варианты перепланировки хрущевки 

Для некоторых серий хрущевок, таких как II-18 спроектированных МНИИТЭП,
существует вариант упрощенного согласования при использовании типового проекта перепланировки из каталога автора этих, а также многих других типовых серий домов.

Блочная хрущевка серии II-18:

С вариантами типовых перепланировок серии II-18 и других серий жилых домов МНИИТЭП можно на нашем сайте и на интернет-портале мэрии Москвы.

К примеру, для двухкомнатных квартир в блочной серии II-18 перепланировка с переносом входа в межкомнатной несущей стене даже внесена в каталог типовых перепланировок.

Типовая перепланировка двухкомнатной хрущевки серии II-18:

В данном случае (по типовому проекту перепланировки из каталога МНИИТЭП) перепланировка оформляется в упрощенном прядке, а документация разрабатывается бесплатно.

Более подробно о порядке оформления типовых перепланировок написано в этой статье.

В абсолютном же большинстве случаев перепланировка квартир в хрущевках требует разработки и согласования индивидуального проекта.

Общее правило – на нижних этажах согласовать проем в несущей стене сложнее, так как нагрузки на конструкции при таком расположении квартиры выше. 

Кроме того, учитывается износ здания и наличие проемов в той же стене у соседей снизу и сверху.

Перепланировка хрущевки на фото

Современные строительные материалы и технологии позволяют исправить многие, хотя и не все «огрехи» массового домостроения.

Так, установка раздвижной перегородки «купе» позволяет объединить даже газифицированную кухню с комнатой.

Пример объединения кухни и комнаты:

В некоторых случаях удается отказаться от газификации кухни, о чем можно подробнее узнать из этой статьи.

Также стоит упомянуть вариант перепланровки с объединением двух смежных квартир, что предоставляет весьма значительный простор для творчества, чему посвящена эта статья.

Важно помнить, что даже такие «незначительные» изменения, как снос встроенных шкафов, заделка окна санузла или перенос плиты считаются перепланировкой, так как приводят к отличию фактического состояния квартиры от плана в техпаспорте БТИ.

Обращайтесь за бесплатной консультацией к нашим специалистам, и при сотрудничестве с Вами, они смогут подобрать оптимальный и отвечающий всем требованиям вариант перепланировки.

Если перепланировка уже сделана, мы поможем с разработкой необходимой документации для ее узаконивания.

Хрущев, модернизм и борьба с «мелкобуржуазным» сознанием в советском доме на JSTOR

Абстрактный

В этой статье исследуется возрождение модернистских принципов дизайна при Хрущеве. В этот период концепция дизайна и этические принципы предшествовавшей Культурной революции 1920-х гг. Претворялись в жизнь заново. Домашняя повседневная жизнь (быт), массовое потребление и сопутствующие проблемы мелкобуржуазного сознания были повторно проблематизированы в быстро индустриализирующемся послевоенном обществе, которое, как полагали, находилось на предпоследней стадии на пути к полномасштабному коммунизму.В частности, рассматриваются вопросы быта и внутреннего дизайна. Предполагается, что серия «микро» изменений в использовании домашнего пространства, а также радикальные изменения в архитектурном планировании способствовали десталинизации советского общества и возрождению модернистских ленинских принципов, структурирующих дизайн и социалистическую мораль. Следовательно, нелегкому соглашению с материалистическими устремлениями Сталинеры способствовал этот возрожденный рационализирующий режим нормативных принципов вкуса, вдохновленный как модернистскими принципами Культурной революции, так и современным Западом.

Информация о журнале

Journal of Design History — ведущий журнал в своей области. Он играет активную роль в развитии истории дизайна (включая историю ремесел и прикладного искусства), а также вносит свой вклад в более широкую область исследований визуальной и материальной культуры. В журнале есть регулярный раздел рецензий на книги и список полученных книг, а также время от времени издаются специальные выпуски.

Информация об издателе

Oxford University Press — это отделение Оксфордского университета.Издание во всем мире способствует достижению цели университета в области исследований, стипендий и образования. OUP — крупнейшая в мире университетская пресса с самым широким присутствием в мире. В настоящее время он издает более 6000 новых публикаций в год, имеет офисы примерно в пятидесяти странах и насчитывает более 5500 сотрудников по всему миру. Он стал известен миллионам людей благодаря разнообразной издательской программе, которая включает научные работы по всем академическим дисциплинам, библии, музыку, школьные и университетские учебники, книги по бизнесу, словари и справочники, а также академические журналы.

Сергей Хрущев (Служба национальных парков США)

Сергей Хрущев был инженером и сыном бывшего советского премьера Никиты Хрущева. Он стал американским гражданином в 1999 году. До эмиграции из Советского Союза в Соединенные Штаты в 1991 году Хрущев работал на различных инженерных должностях высокого уровня. С 1968 по 1991 год он работал в Институте управляющих компьютеров в Москве, где прошел путь от заведующего отделом до первого заместителя директора по научной работе.С 1958 по 1968 год доктор Хрущев работал инженером, а затем заместителем начальника отдела по системам наведения для ракетно-космического проектирования. В этом качестве он работал над крылатыми ракетами для подводных лодок, военными и исследовательскими космическими кораблями, лунными аппаратами и космической ракетой-носителем «Протон».

Доктор Хрущев дал интервью в 2015 году для кинопроекта парка. Ниже приведены избранные отрывки из этого интервью:


Можете ли вы рассказать о российской точке зрения на истоки холодной войны?

Когда мы говорим о холодной войне, мы должны смотреть на злобу американских политиков или советских политиков.Это часть природы. Потому что природа, это вы боролись за господство над миром, это была политика 19 века и политика 20 века. Это были Великобритания и Франция, мы, Австрийская, Венгерская империя и Германия в первой мировой войне, во втором мире те же Великобритания и Франция против Германии и Японии, американцев и русских. Советы участвовали в этих боях в очень важных ролях, но они не первые, кто начал все это. Но после Второй мировой войны оказалось, что все эти предыдущие приезды отвели нас в сторону.Немцы и Япония потерпели поражение, Великобритания и Франция стали слишком слабыми, и затем возникли две другие державы, Соединенные Штаты и Советский Союз. Они ведут себя одинаково. Они пытаются узнать, как они разделят этот мир. Что будет, кто будет доминировать. Это было началом господства, потому что американцы думали, что у нас есть ядерное оружие, поэтому давайте посчитаем, когда мы начнем войну, сколько советских городов мы разрушим. Если посмотреть на историю 40-х годов, это было. Бесконечные дискуссии в конгрессе, когда мы начнем войну, сколько городов мы разрушим, зависит от того, сколько ядерных боеголовок было у Соединенных Штатов в то время, ядерных бомб.Конечно, это было началом создания Советским Союзом собственной ядерной программы. И это было началом этого противостояния, но, как политический лидер постепенно понимал, природа ядерного оружия иная. Это не просто более мощное оружие, которое вы можете использовать; это оружие, которое делает войну более ущербной. Что вы потеряете больше, чем приобретете. Так что, хотя это было началом того же поведения, что и во время настоящей войны, но без войны. И у нас есть это название «холодная война».И тогда вы можете обвинить Сталина, вы можете обвинить Хрущева, вы можете обвинить Черчилля. Но это всего лишь деталь, потому что за этим стояла логика.

Вы помните запуск спутника и какой это был эффект?

Я, конечно, помню запуск спутника. Спутник — это часть человеческого развития и открытия новых миров. Это было не столько со стороны правительств, понимаете, администрация Эйзенхауэра не была заинтересована в запуске первого спутника. Администрация Хрущева не была заинтересована в запуске спутника.Это были немногие люди, и одного из них звали Михаил Тихонравов, который был одним из первых ученых-ракетчиков из Certis, затем он избежал ареста и работал с военными. И когда стал главным конструктором баллистических ракет. Тихонравов пришел к нему, когда он работал в военно-исследовательском институте, и сказал Сержу, что они были друзьями: «У меня есть идея. Прежде всего, я знаю, как запустить «Спутник» или RCBM, потому что они думали, что да, мы можем запустить баллистическую ракету так же, как это сделал Вернер фон Браун, но этого было недостаточно, чтобы иметь на сцене.Итак, вы должны зажечь вторую ступень где-нибудь, где не будет гравитации, которая ее запустила или нет, с вопросительным знаком. И он сказал Тихонравову: «Серж, мы сделаем это не двумя этапами, у нас будет полтора этапа. У нас будет эта ракета с полными частями, которые затем будут разделены, и последняя отправится в космос. И мне интересно. Я Тихонравов в запуске спутника. Но вы можете предложить правительству построить БРСД таким образом. И вот наступил 1954 год. Был подписан указ о строительстве первой БРСД R7.Но когда это было на последних этапах проектирования, они протолкнули идею, что в международный геофизический год мы можем запустить спутник. И Советы подписали какой-то указ, вы можете это сделать.

Как, по вашему мнению, Sputnik повлиял на Соединенные Штаты?

Мы смотрим на это, что Америка превосходит державу; у них есть много возможностей атаковать Советский Союз. Советский Союз окружен авиабазами, и они имеют доступ к нам, и мы должны иметь такой же доступ к США.Мы не думали, что это вызовет панику в США. Соединенные Штаты отличаются от европейцев, у них никогда не было врагов у ворот. Это были важные изменения в политике Соединенных Штатов, где они увеличили инвестиции, исследовали разработку спутников и вложили много денег. Я думаю, что только Королев, Тихонравов и мой отец сделали очень хорошее дело американцам, сохранив свое превосходство в мире и технологии.

Как советские люди относились к ракетной программе?

Советские люди считают ракетную программу очень важной.Прежде всего, мы гордились тем, что можем это сделать, и опередили американцев. Во-вторых, мы были атакованы немцами в июне 1941 года, а теперь немцев сменили американцы, которые не так боялись, что начнут войну. У нас есть такое чувство, что, возможно, это будет еще одно вторжение, но рано или поздно мы возьмем на себя ответственность, но мы хотим иметь возможность возмездия, чтобы сдержать американцев. Для нашей безопасности было важно иметь возможность нанести ответный удар. Даже не было ракетного разрыва, американцы всегда опережали Советский Союз в технологиях, качестве и количестве ракет.
Мой отец сказал президенту Кеннеди, который сказал: «Мы можем уничтожить вас много раз», потому что у американцев во много раз больше ракет, чем у нас. В то время у Советского Союза было только 6 ракет, и мой отец сказал им: «Не такие людоеды, как вы. Для меня этого было достаточно, чтобы уничтожить вас один раз, а это значит, что у нас есть баланс сил
». Кеннеди согласился с этим, потому что в то время менталитет политиков был другим. Не так, как сейчас: «Мы победим противоракетную оборону, чтобы иметь превосходство, мы можем нести потери, но мы уничтожим вас.«Нет, президенты США, как и мой отец, подсчитали, сколько жизней вы готовы пожертвовать ради победы?
У вас 6,3-мегатонных боеголовок, это будет около 10-20 миллионов человек, и президент Кеннеди сказал: «Нет». Это баланс. Мне не нужно убивать 20 американцев, чтобы захватить вас. Я должен использовать дипломатию.

Не могли бы вы рассказать о роли и опыте вашего отца в кубинском ракетном кризисе?

В 1962 году я работал инженером в Ракетном конструкторском бюро, которое производило ракеты для ВМФ СССР.В то время мы намного опережали эту американскую технологию. Мы очень гордились тем, что американцы не могут нас догнать, и начали работать и над баллистическими ракетами. Это была политика, которую мы хотим, чтобы нас признали равными. Это была политика на Ближнем Востоке и на Дальнем Востоке, это был Берлинский кризис. Затем в 1959 году возникла новая страна — Куба. Эти борцы за свободу захватили Гавану, а мы ничего не знали о Кубе. Большая часть наших знаний даже на правительственном уровне от острова сокровищ из романа Стивенсона, некоторых пиратов, попугаев, сокровищ где-то на песке.

У Советского Союза было посольство на Кубе, но оно было заблокировано из-за отсутствия процентов, зачем вы тратите деньги? Советы искали Фиделя Кастро, это был еще один проамериканский центральный, американский политик и, возможно, агент ЦРУ. Затем, в апреле 1959 года, Кастро посетил Вашингтон, округ Колумбия, и ему было отказано в какой-либо поддержке, и его просто выгнал вице-президент Никсон. Советский Союз видел это по информации только одного парня, который: «Нет, они, может быть, не столько проамериканцы». Это было правилом холодной войны: если у вас есть враг у врага, вы должны ему помочь.
Оставаясь в стороне, они стали очень популярны в Советском Союзе, особенно среди советской молодежи, благодаря молодым бородатым людям, которые победили проамериканский режим Батисты. Это было похоже на героев, на Голиафа, который победил [неразборчиво]. Мы должны их поддерживать.

Американцы оказали на это сильное давление, и я помню, как спросил отца: «Почему бы не пригласить Кубу в Варшавский договор?» Он сказал: «Сонни, это политика. Они далеко от нас, если американцы нападут на них, нам нечего делать, только начать ядерную войну, и нам не нужно жертвовать своим народом ради кубинцев.Во-вторых, мы не знаем, кто такой Фидель. Может быть, мы начнем войну, и он пожмет руки американским генералам. Может, он все еще агент ЦРУ, кто знает? »

В Бухте Свиней все изменилось, потому что в разгар кризиса Фидель Кастро заявил: «Я открыто присоединяюсь к Советскому блоку». Теперь он перевернул все с ног на голову, включая советскую политику, потому что, если вы являетесь членом нашего блока, мы сверхдержава или великая держава, которая должна защищать всех наших союзников, как Америка защищает всех своих союзников, даже рискуя ядерной войной.Куба стала для Советского Союза такой же, как Западный Берлин для Соединенных Штатов, маленькой, бесполезной, лучшей частью суши глубоко внутри враждебной территории, но вы не будете их защищать, вы потеряете лицо. Американцы пригрозили Советскому Союзу возможной ядерной войной и многим другим, что мы знаем о кризисе вокруг Берлина, просто отклонив все предложения. Мой отец думал, что мы можем сделать с Кубой? Американцы идут вперед и вперед, они не остановятся на первом вторжении. Будет еще одно вторжение с гораздо более сильными силами.

Он сказал мне: «Я не могу защищать Кубу в ООН. Американцы меня слушать не будут. Я не могу защищать их обычными силами, даже если я отправлю туда 100 000 солдат, потому что американские контролируют связь. Это должен быть сильный сигнал, не вторгайтесь на Кубу, мы серьезно ». Он сказал, что это было даже авантюристично], но: «Давайте пошлем туда ядерное оружие, ракеты».
Это показали американцы. Как мы знаем, в начале 1953 года госсекретарь Джон Фостер Дуглас провозгласил политику на грани войны, так что это была политика на грани войны, у вас есть баланс на грани войны.Вы не можете отступить, потому что противоположная сторона выйдет вперед. Что на самом деле произошло после того, как Горбачев отступил от Европы, а теперь местные жители увеличивают ее и идут вперед. Мой отец сказал: «Мы должны это понять, и мы должны понять, где находится эта грань войны, но мы стоим там твердо».

Он послал эти ракеты и политический сигнал, но поскольку американцев все время защищали два океана, у них никогда не было врагов у ворот. Это вызвало панику на американской территории.Американская общественность была в панике: «Если эти ракеты будут готовы, они запустят их и убьют нас. Теперь мы смертны, мы должны что-то сделать, уничтожить их ». С психологическим кризисом справиться намного труднее, чем с любым другим кризисом, потому что вы не думаете, почему Советы будут запускать ракеты с Кубы, а не с Сибири с 20-минутной разницей в доставке. Нет. Для [неразборчиво] общедоступные ракеты в Сибири, а некоторые находятся в нигде, например, для советских ракет в Дакоте.«Вот это недалеко от наших границ, в 90 милях от наших берегов». Это оказало сильное давление на президента и на Хрущева, чтобы они начали переговоры.

Конечно, нам повезло, что они были сильными лидерами и уравновешенными лидерами не для галочки, а потом думали, а сначала думали, потом договаривались и находили решение этого кризиса во взаимных интересах. Это было похоже на торг. Разница заключалась в том, что с Советским Союзом, если вокруг Берлина возник кризис и он спровоцировал войну, это было возможно так же, как на Кубе.Советы, русские и европейцы будут убивать друг друга в ядерной войне, но американцы думали: «Мы посмотрим их по телевизору», как это было во время Второй мировой войны. В Советском Союзе не было паники. Мы думали, что это опасно, что американцы вооружены и очень опасны, но это был кризис, который был раньше. Мы верили, что наше правительство сделает все, чтобы избежать войны, поэтому никто не хотел прятаться в убежище, тем более что мы знали, что иногда это не убежище, а ваша могила, если дом рухнет.

Никаких планов уезжать из городов не было ни в правительстве, ни в другом месте. Я знал все это, но я продолжал свою работу, как обычно, и я должен был выполнять свои обязанности, и это не было обязанностью по управлению кризисом. Даже то, что я знал некоторые забавные вещи о кубинском ракетном кризисе от моих друзей на флоте, которые я делюсь с моим отцом, когда мы гуляем вместе по вечерам, и я живу в каком-то доме. Это было совершенно другое понимание этого, но, конечно, это было четкое свидетельство того, что из-за того, что американцы так без ума от этого, они стали очень опасными.

Как вы думаете, ваш отец достиг своей цели во время кубинского ракетного кризиса?

Это было очень примитивное американское понимание этой детской игры, кто моргнет первым? Это было то же самое, что и русская рулетка, бум или нет? Нет. Это была политика, и политика была намного более сложной. Мой отец никогда не думал, что он моргает. Он получил то, что хотел. Он посылает ракеты, чтобы предотвратить американское вторжение на Кубу, американцы никогда не вторгались на Кубу. Он поверил слову американского президента, понимая, что на него оказывалось огромное давление.У американцев было то, что они хотели, — вывезти эти примитивные ракеты с Кубы, которые мы в любом случае вывезем с разработкой советской программы межконтинентальных баллистических ракет. Это было обоюдное удовлетворение, но еще и потому, что это была политика кризиса. Во время кубинского ракетного кризиса американцы де-факто признали Советский Союз равным.

Конечно, отец добился того, чего хотел. Теперь американцы просто считают нас равными, и мы смотрим на политику после кубинского ракетного кризиса. Это были совсем другие отношения.Это не была политика кризиса, потому что она стала слишком опасной. Это была война во Вьетнаме, а не мировой кризис. Это была афганская война, а не мировой кризис. Это был просто поворотный момент. До признания того, что мы можем вас уничтожить. После признания нет, мы не можем вас уничтожить. Надо понимать, что мы ведем переговоры.

Вид из головы Хрущева

КЕНТАВР

Жизнь и искусство Эрнста Неизвестного.

Альберт Леонг.

Иллюстрировано. 353 стр. Лэнхэм, штат Мэриленд:

Rowman & Littlefield Publishers.

39,95 долларов США.

ВО ВРЕМЯ моего первого визита в Советский Союз более 30 лет назад наша группа студентов американских колледжей была доставлена ​​гордыми местными хозяевами к недавно построенному мемориалу на месте печально известного нацистского концлагеря в Саласпилсе, недалеко от Риги, Латвия. Через неравные промежутки времени, словно разбросанные несчастной судьбой, гигантские бетонные статуи человеческих фигур возвышались над пустынной братской могилой для тысяч жертв со всей Восточной Европы. Их позы предполагали сопротивление, неповиновение и невыразимое горе.Разрушительное эмоциональное воздействие Саласпилсского мемориала — то, как он передает и трагедии одиноких людей, и эпический масштаб того, что произошло на этом загаженном лугу, — преследовало меня много лет после этого.

Печальная и запутанная история мемориала в Саласпилсе — один из наиболее ярких эпизодов, описанных в информативной книге Альберта Леонга «Кентавр: Жизнь и искусство Эрнста Неизвестного», первой полной биографии наиболее выдающихся и художественно выполненных скульптор и мемориал-строитель советских времен.Идея Саласпилсского мемориала принадлежит Неизвестному (1925 г. р.). Но из-за зависти и интриги, которые преследовали его на протяжении всей его карьеры и в конечном итоге вынудили его эмигрировать в 1976 году, «Неизвестному» (базирующемуся с 1977 года в Нью-Йорке) никогда не уделяли должного внимания. Вместо этого коллектив латвийских скульпторов и архитекторов исключил его из конкурса, а затем украл его идеи. «Идея Саласпилсского ансамбля полностью принадлежала Неизвестному, — пишет Леонг, — но советский Сальерис в Латвии лишил его премии и заслуженного признания.»

Из-за его откровенного, а иногда и сварливого характера, а также из-за его отказа играть по правилам, установленным художественно-политической мафией, контролировавшей Союз советских художников, многие многообещающие проекты Неизвестного, разработанные для советских комиссий, так и не были реализованы. Тем не менее, ему все же удалось завершить несколько знаковых памятников. Пожалуй, самая известная его работа — памятник Никите Хрущеву на могиле в Новодевичьем монастыре в Москве. Эта выразительная конструкция объединяет вертикальные зубчатые куски белого мрамора и черного гранита в прямом столкновении с реалистичной бронзовой головой Хрущева в центре.

Неизвестный объяснил сыну Хрущева Сергею, что эта концепция воплощает «вечный конфликт» в характере и политической карьере бывшего советского лидера, «борьбу между яркими, прогрессивными и реакционными». Для Неизвестного ключом к созданию успешного мемориала всегда было найти сильную абстрактную идею, «отражающую траекторию мыслей художника» и свести ее к визуальному образу, передающему эмоциональную сущность объекта. Почти сразу после завершения строительства в 1975 году мемориал Хрущева стал местом паломников (особенно для бывших узников ГУЛАГа, которых он освободил), желающих почтить память (в основном неудачных) усилий Хрущева по реформированию сталинской системы.Это растущее проявление привязанности к официально опальному Хрущеву настолько угрожало брежневскому режиму, что в конце концов закрыло Новодевичье кладбище для публики.

Еще одним источником смущения стало то, что проектировщик памятника был вынужден бежать на Запад всего через шесть месяцев после его открытия; в Советском Союзе он стал неличным, его имя вычеркнуто из истории советского искусства и архитектуры. В этом контексте тот факт, что неизвестный в переводе с русского означает «неизвестный», кажется уместным и ироничным.

    • Новые романы Джонатана Франзена, Тифани Яник и Гэри Штейнгарт уже в пути.
    • Предпочитаете документальную литературу? Ищите эти сборники эссе, исследования вселенной Marvel Comics и многое другое.
    • Познакомьтесь со своими любимыми актерами и артистами с этими названиями.
    • Шесть новых книг посвящены пандемии, #MeToo и другим актуальным темам.
    • Пять биографий, посвященных жизни Пабло Пикассо, Оскара Уайльда и других.
    • Или послушайте прямо от авторов: посмотрите эти семь мемуаров.

Леонг, который много лет преподавал русский язык и литературу в Университете Орегона и десятилетиями занимался исследованиями Неизвестного, много страниц посвящает отношениям художника с Никитой Хрущевым, включая главу об их разборках в декабре 1962 года. Неизвестный и 12 его коллег, работающие в абстрактном стиле, далеком от рабски репрезентативного соцреализма, были приглашены для участия в ретроспективе советского искусства в Манежном выставочном зале рядом с Красной площадью.

Однажды Хрущев пришел посмотреть. Его сопровождало обычное окружение посредственных «художников», руководивших культурной бюрократией. Разоблачив абстрактные экспрессионистские полотна и их создателей, Хрущев перешел к скульптурам Неизвестного. Неизвестный, человек крепкого телосложения, закаленный боями и уличными драками, не смирялся под давлением, а взглянул советскому лидеру в глаза и вовлек его в разговор, защищая его работу и работу своих коллег.Впечатленный этой бравадой, Хрущев резко раскритиковал своих лакеев и уехал.

«После того эпизода с Хрущевым я 10 лет не мог найти работу профессиональным художником», — сказал Неизвестный. «Я не мог продать ничего под своим именем в течение тех 10 лет. Когда не было работы, я грузил соль на вокзале Трифонова ». Падение Неизвестного также облегчило конкурентам воровство и выполнение проектов, которые он подавал для крупных проектов. Его карьера монументалиста возродилась только после того, как его дизайн цветка лотоса выиграл международный конкурс на скульптуру для украшения Асуанской плотины в Египте.Этот массивный пятилепестковый цветок выше 15-этажного здания, крупнейшей скульптуры в мире, был первым масштабным проектом Неизвестного, возведенным.

Оглядываясь назад, Неизвестный оценивает дело Манежа 1962 года как «провокацию, устроенную консервативными официальными артистами», чтобы «заставить Хрущева принять жесткие меры. . . советских художников-нонконформистов, и в частности Неизвестного ». Он не затаил обиду, о чем свидетельствует его готовность спроектировать мемориал Хрущева.

Чтобы написать этот том, Леонг провел годы, путешествуя по бывшему Советскому Союзу, прослеживая путь Неизвестного от Екатеринбурга на Урале, где он родился и вырос в интеллигентной семье; в Ригу, где недолго учился; в Москву, куда он прибыл в 1947 году на костылях как герой войны, все еще выздоравливающий после столь серьезной травмы позвоночника, что его сочли мертвым; в Европу как вынужденное изгнание в 1976 году; в Нью-Йорк, который он принял как свой новый дом; а потом снова в Россию в безумную посткоммунистическую эпоху.Леонг также опирается на давние личные и профессиональные отношения с Неизвестным, сотрудничество его семьи и близких друзей, многочисленные архивные источники и его собственный опыт как знатока русской литературы и культуры. «Кентавр» (название происходит от отождествления Неизвестного с дуалистическим монстром-полуконем / получеловеком из греческой мифологии) отлично помещает Неизвестного в контекст советской политической и культурной истории и исследует, как его изначально неправильно понимали. Соединенные Штаты из-за стереотипов холодной войны.

ЛЕОНГ, однако, колеблется как биограф. В частности, в первых разделах он предоставляет слишком много непереваренной документации, но слишком мало психологического понимания или драматизма. Иногда его увлеченность собственными путешествиями отталкивает Неизвестного, особенно в главе о Маске траура, памятнике в дальневосточном сибирском городе Магадане, посвященном 15 миллионам жертв советского ГУЛАГа. Его склонность к повторению и его нежелание рассказывать подробности личной жизни Неизвестного могут расстраивать.Жены, любовницы и дети внезапно появляются и исчезают. После такой сдержанности урезанное описание московской студии Неизвестного как «обстановки для непрерывного междисциплинарного коллоквиума, на котором обсуждались и обсуждались все темы под солнцем, часто смазывались водкой, продолжались до поздней ночи и нередко заканчивались оргиями». ‘оставляет читателю чувство обездоленности.

Помимо этих слабостей, «Кентавр» представляет собой серьезное и достойное рассмотрение досадных моральных и философских проблем, лежащих в основе карьеры мужественного художника, который (как Андрей Сахаров, Александр Солженицын и Мстислав Ростропович) противостоял злу советской системы. mano a mano.Кропотливая жизнь Неизвестного также показывает, насколько сложно достичь консенсуса и мобилизовать разнообразные силы, необходимые для строительства памятников и мемориалов в любом обществе. Монументалисты должны быть не только художниками, но и дипломатами. Как недавно заметила в интервью Майя Линь, дизайнер мемориала ветеранов Вьетнама в Вашингтоне, выжившая в таких же ожесточенных битвах за архитектуру и поминовение памятников, «Я думаю, что это действительно чудо. кусок когда-либо был построен.»

Посадка на Луну глазами Советского Союза: вопросы и ответы с Сергеем Хрущевым, сыном бывшего премьер-министра Никиты Хрущева

Холодная война между США и СССР стала фоном для программы «Аполлон», поскольку две сверхдержавы боролись за превосходство в ней. Космос. При премьер-министре Никите Хрущеве Советскому Союзу удалось запустить Спутник-1, первый искусственный спутник Земли, и отправить первого человека на орбиту.

Президент Джон Ф.Кеннеди пообещал, что США первыми отправят людей на Луну и вернут их на Землю до конца 1960-х годов. 20 июля 1969 года это обещание сбылось, когда американцы заявили о своей победе, когда Нил Армстронг и Базз Олдрин ступили на Луну, свидетелями чего стали около 500 миллионов телезрителей на Земле.

Сергей Хрущев, сын Никиты, недавно оглянулся и вспомнил, каково было быть на стороне Советского Союза. (Сейчас 74-летний Хрущев работает научным сотрудником Института международных исследований Уотсона при Университете Брауна в Провиденсе, Р.I., где он выступал в своем офисе в окружении советских памятных вещей.)

[ Далее следует отредактированная стенограмма интервью. ]


Где вы были, когда Нил Армстронг и Базз Олдрин приземлились на Луне?

Я очень хорошо помню высадку на Луну. Мне было 34 года. Я был в отпуске с друзьями, большинство из которых работали в конструкторском бюро «Челомей». Еще был офицер КГБ. Мы были на Украине, в Чернобыле. Именно на этом месте позже построили [печально известную] атомную электростанцию.Офицер КГБ только что вернулся из Африки с небольшим телескопом. Мы посмотрели в телескоп, но не увидели высадки на Луну! Так что это еще было для нас под вопросом! [смеется]

Насколько широко были распространены новости о высадке на Луну в Советском Союзе до этого события?
Конечно, нельзя, чтобы люди высадились на Луну и просто ничего не сказали. Его опубликовали во всех газетах. Но если вы помните [тогда], когда американцы говорили о первом человеке в космосе, они всегда говорили о «первом американце в космосе» [не о Юрии Гагарине].То же чувство было преобладающим в России. Были небольшие статьи, когда был запущен Apollo 11 . Собственно, на первой странице «Правда » была небольшая статья, а на пятой странице — три колонки. Я снова посмотрел.

В каком настроении была советская космическая программа, когда на Луну приземлились астронавты с космического корабля Аполлон-11 ?
Это было очень похоже на то, что чувствовали американцы, когда Гагарин вышел на орбиту. Некоторые из них пытались не обращать на это внимания, некоторые были оскорблены.Но я не думаю, что это произвело сильное впечатление на публику. Во-первых, советская пропаганда не преувеличивала и не давала слишком много информации. Помню, я смотрел документальный фильм об этом. Это не было секретом, но публике его не показывали. У русских людей было много проблем в повседневной жизни, их не слишком беспокоил первый человек на Луне.

Россия была довольно близка?
Русские были не очень близки. Я считаю, что у России не было шансов опередить американцев при Сергее Королёве и его преемнике Василии Мишине.[Сергей Королев был руководителем российской космической программы, который вместе с Мишиным, руководившим разработкой ракеты, сумел запустить Спутник 1. Он умер в январе 1966 года. — Прим. Редактора]

Королев не был ни ученым, ни конструктором: он был блестящим менеджером. Проблема Королева заключалась в его менталитете. Его намерением было как-то использовать имеющуюся у него пусковую установку. [Пусковая установка получила название N1]. Он был разработан в 1958 году для другой цели и с ограниченной полезной нагрузкой около 70 тонн.] Его философия заключалась в том, чтобы не работать поэтапно [как это обычно бывает при проектировании космических кораблей], а давайте все соберем и затем попробуем.И, наконец, это сработает. Было несколько попыток и неудач с Лунник [серия советских беспилотных лунных зондов]. Отправить человека на Луну слишком сложно, слишком сложно для такого подхода. Думаю, это было обречено с самого начала.

Конечно, вы должны понимать, что я говорю с точки зрения конкурента. Мы работали над собственным проектом, в конструкторском бюро «Челомей». Может, мы были более реалистичны. Но не думаю, что мы смогли бы обыграть американцев.

Когда говорят о российской космической программе, на Западе ошибочно считают, что она была централизованной. На самом деле он был более децентрализованным, чем в Соединенных Штатах, где была одна целенаправленная программа Apollo. В Советском Союзе соревновались друг с другом разные дизайнеры.

Каким был взгляд вашего отца на Apollo 11 ? Вы обсуждали с ним высадку на Луну в Америке на протяжении многих лет?
Мой отец отреагировал на это, он не мог понять, почему Королев проиграл в этой гонке.И, конечно, я высказал ему свое мнение, почему. Мой отец не слишком много обсуждал [высадку на Луну]. Он меня слушал. Он очень гордился Спутником; он написал об этом в своих воспоминаниях.

Что вы думаете о новых попытках полететь на Луну?
Проект «Аполлон» был политическим проектом. Сейчас мы находимся в совсем других обстоятельствах. Также большая разница — технологические достижения. В то время мы были в начале эры [космической] автоматизации, открытий и исследований.Теперь у нас есть все это, начиная с впечатляющих достижений космического телескопа Хаббл, марсоходов и т. Д. Я бы отдал приоритет автоматизированным транспортным средствам, а не пилотируемым космическим полетам.

Никсон и Хрущев устраивают «кухонные дебаты» в Москве, 24 июля 1959 г.

Вице-президент Ричард Никсон и премьер-министр СССР Никита Хрущев (слева в центре) обсуждают перед кухонным дисплеем американской выставки в парке «Сокольники» 24 июля 1959 г. | AP Photo

В этот день в 1959 году вице-президент Ричард Никсон и советский лидер Никита Хрущев во время церемонии открытия Американской национальной выставки в Москве участвовали в жарких дебатах о соответствующих достоинствах капитализма и коммунизма.Противостояние, ставшее культовым событием холодной войны, произошло в образцовой американской кухне, созданной для ярмарки.

Для этого события американские экспоненты построили целый дом, забитый трудосберегающими устройствами. «Этот дом, — сказал Никсон, — можно купить за 14 000 долларов (около 92 000 долларов в текущих ценах), и большинство американцев [ветеранов Второй мировой войны] могут купить дом за сумму от 10 000 до 15 000 долларов. Позвольте мне привести вам пример, который вы сможете оценить. Наши сталевары, как вы знаете, сейчас бастуют.Но купить этот дом мог любой сталевар. Они зарабатывают 3 доллара в час. Этот дом стоит около 100 долларов в месяц при контракте на срок от 25 до 30 лет ».

«У нас есть металлурги и крестьяне, которые могут позволить себе потратить 14 000 долларов на дом», — возразил Хрущев. «Ваши американские дома построены на 20 лет, поэтому строители могут продать новые дома в конце. Строим прочно. Мы строим для наших детей и внуков ».

Со своей стороны, Хрущев также сказал, что русские уделяют больше внимания вещам, которые имеют большее значение, чем роскошь.В сатирическом духе он спросил Никсона, существует ли машина, которая «кладет еду в рот и толкает ее вниз».

В какой-то момент их дебатов вице-президент-республиканец сказал советскому лидеру: «Я ценю, что вы очень красноречивы и энергичны». Хрущев ответил: «Энергия отличается от мудрости». На что Никсон сказал: Если бы вы были в нашем Сенате, мы бы назвали вас флибустьером. Вы все говорите и никому не позволяете говорить… Для нас разнообразие, право выбора, тот факт, что у нас есть 1000 строителей, которые строят 1000 разных домов, является самым важным.У нас нет ни одного решения, которое принимал бы один правительственный чиновник ».

Международные переводы

Новая серия подкастов от POLITICO.

Уильям Сафайр, который в то время работал публицистом из Нью-Йорка в фирме, нанятой дизайнером кухни, заметил Хрущева и Никсона, идущих поблизости, и уговорил их остановиться в образцовой кухне, где он сфотографировал их обмен. Сэфайр стал спичрайтером в Белом доме Никсона, а затем обозревателем New York Times.

Хрущев выразил сомнение в том, что Никсон выполнит свое обещание о том, что участие советского лидера в их дебатах будет переведено на английский и транслируется в Соединенных Штатах. Так случилось, что три телеканала США полностью транслировали дебаты 25 июля; два дня спустя его также показали по ночному московскому телевидению, хотя замечания Никсона были переведены лишь частично.

ИСТОЧНИК: «ДЕБАТЫ ПРОЙДУТ НА ТВ НАД СОВЕТСКИМ ПРОТЕСТОМ», РИЧАРД ШЕПАРД, НЬЮ-ЙОРК ТАЙМС, ИЮЛЬ г.

Эта статья помечена под:

Пропустите последние новости? Подпишитесь на POLITICO Playbook и получайте последние новости каждое утро на свой почтовый ящик.

Призыв к искусству во время холодной войны

Jo-Jo la colombe (Голубь Джо-Джо), цветная литография. Музей №Э.629-2004. Дар американских друзей Виктории и Альберта; Подарок американским друзьям Лесли, Джудит и Габри Шрейер и Элис Шрейер Батько.

Художники и дизайнеры сыграли центральную роль в битве образов холодной войны. Их работа использовалась для пропаганды, а их действия и мнения ценились.

В конце 1940-х годов образование однопартийных государств при коммунистическом правлении и насаждение социалистического реализма во всем Восточном блоке разочаровали надежды на свободу современного художника или дизайнера на Востоке.Только в социалистической Югославии, где влияние Москвы было быстро отвергнуто, модернизм мог процветать.

В Западной Европе абстрактное искусство и функционалистский дизайн часто согласовывались с прогрессивными идеалами и новой моральной целью, особенно в новом государстве — Западной Германии.

Социалистический реализм в Восточном блоке

Социалистический реализм был признан обязательным художественным кредо Советского Союза в 1930-х годах. Работы должны были отображать четко определенное политическое содержание и героический стиль, а художникам и архитекторам запрещалось исследовать абстракцию или другие качества, которые считались «формалистическими».Этот стиль был навязан новообразованному Восточному блоку в конце 1940-х годов.

Политика мира

Хотя мир был подлинным идеалом, который разделяли многие, он был предметом серьезных споров во время холодной войны. Советские политики ставят мир в основу своей риторики, несмотря на их агрессивную хватку в странах Восточной Европы. Тем не менее, многие художники и дизайнеры — на Востоке и на Западе — посвятили свое творчество делу мира.

Конкуренция за современность

В период после смерти Иосифа Сталина в 1953 году и прихода его преемника Никиты Хрущева открылись новые фронты конкуренции времен холодной войны.

Советский лидер Хрущев пообещал наблюдающему миру и своим гражданам дома, что Советский Союз «догонит и догонит» Америку.

Запад принял вызов. На Американской национальной выставке в Москве в 1959 году вице-президент США Ричард Никсон бросил вызов Хрущеву: «Не лучше ли соревноваться в относительных достоинствах стиральных машин, чем в силе ракет?

«Современная оттепель»


Разоблачения жестокости правления Сталина его преемником Хрущевым в 1956 году привели к периоду значительных изменений в Восточном блоке, известному как «Оттепель».

Требования свободы слова и расширения демократии переросли в ожесточенные протесты в Польше и революцию в Венгрии, подавленную советскими танками.

Чтобы успокоить инакомыслие, коммунистические лидеры всего блока обратились к проблемам условий жизни. Дизайнерам и архитекторам было поручено создать новые яркие дома и прототипы современных товаров народного потребления.


Этот контент был первоначально написан в связи с выставкой «Холодная война модерн: дизайн 1945-70», которая будет экспонироваться в V&A South Kensington с 25 сентября 2008 г. по 11 января 2009 г.

Мы потрясли мир | Космос

Вечером 4 октября 1957 года мой отец ждал телефонного звонка.Ожидается, что главный конструктор Сергей Королев позвонит с космодрома Тюратам (позже переименованный в космодром Байконур) в Казахстане, чтобы сообщить о результатах запуска первого в мире искусственного спутника Земли.

Ранее в тот же день мой отец был в Киеве, Украина, по военным делам. Он присутствовал на демонстрации переправы танков через Днепр, затем обсудил с некоторыми советскими генералами судьбу министра обороны маршала Георгия Жукова.(Жукова подозревали в заговоре с целью захвата власти, и, прежде чем заставить уволенного генерала времен Второй мировой войны уйти в отставку, политические лидеры заручились поддержкой высокопоставленных генералов. Все генералы согласились с планом.)

В тот вечер в Мариинском дворце, ныне официальной резиденции президента Украины, мой отец сидел за обеденным столом и разговаривал с украинскими лидерами. Я устроился в кресле в конце стола, не обращая особого внимания на разговор. Было поздно, все устали, но отец не спешил прощаться.Около полуночи дверь приоткрылась, и секретарь попросила моего отца ответить на телефонный звонок. Когда он вернулся в комнату, он улыбался, и я сразу понял, что запуск спутника прошел успешно.

«Мгновение назад произошло выдающееся событие», — сказал мой отец комнате голосом, который не мог полностью скрыть его восторга. «Королев позвонил мне и сообщил, что два часа назад искусственный спутник Земли был выведен на орбиту».

Имя Королев ничего не значило для украинского руководства.Отец заговорил о ракетах, инженерах и наших достижениях. Украинцы вежливо соглашались, но не особо интересовались. Они хотели вернуться к прерванным телефонным звонком дискуссиям о сельском хозяйстве, финансах и других вопросах в регионе.

Секретарь снова вошел в комнату, молча включил в углу коротковолновое радио и настроил его. Теперь из динамиков поступали сигналы спутника: гудок… гудок… гудок. Мой отец внимательно прислушивался, затем сигналы постепенно становились тише, когда Спутник уходил за горизонт.Сессия закончилась, как и беседа. Отец извинился, сказал, что уже поздно, и лег спать.

Автор, чей отец был первым секретарем советской коммунистической партии Пати с 1953 по 1964 год, отдыхает в своем офисе в Брауновском университете в Провиденсе, Род-Айленд. (Институт международных исследований Уотсона)

На следующий день «Правда» и другие советские газеты опубликовали на первой полосе официальное сообщение ТАСС, состоящее из 50 строк и двух колонок.Он начинался так: «Проектирование и разработка искусственных спутников на околоземной орбите велась в Советском Союзе в течение нескольких лет».

Инженеры приступили к проектированию Спутника в январе 1956 года. План состоял в том, чтобы запустить его с Р-7, межконтинентальной баллистической ракетой, над которой команда Королева работала с 1954 года. Как и более поздние советские ракеты, Р-7 имела военное назначение. первичное применение и космические исследования в качестве вторичного применения. 26 февраля 1956 года мы с отцом (я учился в Московском электроэнергетическом институте, по американски — инженерного вуза) посетили конструкторское бюро Королева в Подлипках и осмотрели ракеты, в том числе полноразмерный макет R -7.В завершение визита мы заслушали краткий разговор о возможности запуска искусственного спутника Земли Р-7. Пристрастившийся к технологическим инновациям, мой отец заинтересовался этим, но предупредил Королева: «Главный приоритет — безопасность страны».

ТАСС в то время сообщал, что запуски спутников были запланированы в связи с Международным геофизическим годом, всемирной программой скоординированных научных наблюдений за геофизическими явлениями.Советские газеты даже публиковали частоты спутниковых радиопередатчиков. Но все отчеты были расплывчатыми, без упоминания дат запуска. Никто в остальном мире не обратил бы внимания на такие заявления; все за пределами Советского Союза знали, что Соединенные Штаты скоро запустят первый в мире спутник.

Королев боялся, что американцы могут быть впереди. Он был особенно обеспокоен, когда узнал, что в июле 1957 года армия США успешно провела испытания баллистической ракеты Юпитер.После этого он думал, что американцы откроют дверь в космос еще до того, как его Р-7 полетит. Королев спешил. Заседание комитета МГГ было назначено на начало октября, на котором американские ученые намеревались рассказать о своих планах в отношении космоса.

Королев считал, что американцы будут держать свои планы в секрете до тех пор, пока им не удастся запустить спутник, поэтому он приложил все усилия, чтобы победить американцев. В августе и сентябре его ракета была успешно запущена дважды.Королев заставил всех в своей команде работать круглосуточно. Он хотел запустить Спутник до открытия заседания МГГ. И он уложился в срок.

Запуск спутника

попал на первую полосу «Правды», но еле-еле. История занимала столько же места, что и отчет о визите маршала Жукова в Югославию, и занимала менее престижное место на странице. Не было ни громких заголовков, ни восторженных комментариев. Фактически, за исключением официального сообщения ТАСС, не было ни одной строчки о событии, которое поразило бы весь остальной мир.Как такое могло случиться?

Объяснение довольно простое. Мы с отцом и все советские люди думали, что это естественно, что мы шаг за шагом опережаем американцев. В конце концов, мы, а не американцы, ввели в эксплуатацию первую в мире атомную электростанцию. Это был советский МиГ, прототип нового истребителя конструкции А.И. Микояна, установившего в 1950-х годах ряд мировых рекордов. Советский Ту-104 был самым экономичным авиалайнером в своем классе. В результате выход на орбиту первого в мире спутника вызвал гордость и восторг у советских граждан, но не удивление.В Советском Союзе было опубликовано множество популярных книг о будущих космических станциях и полетах на Луну и Марс. Космические путешествия казались вполне осуществимыми, и читатели этих книг, в том числе я, ждали этого с нетерпением. Мы просто не могли понять, почему инженеры так долго занимались.

5 октября мировая пресса не могла писать ни о чем, кроме «советской красной луны». В тот день в Москве все осознали, что произошло на самом деле, каким научным и пропагандистским достижением был запуск: первый в мире искусственный спутник Земли.6 октября «Правда», опоздав на день, посвятила космосу всю первую полосу. Наверху был громкий заголовок: «Первый в мире искусственный спутник был создан в Советском Союзе!» За ним последовали комментарии со всего мира, в том числе фотография людей, слушающих гудок Sputnik по радио. На второй странице газета напечатала статью об исследованиях космоса и планах на будущее.

Пару дней спустя был получен рассекреченный снимок спутника — 84-килограммовой (184-фунтовой) сферы с четырьмя штыревыми антеннами.Затем газеты сообщали, сколько тысяч километров преодолел спутник, его параметры орбиты, где и в какое время люди могли его увидеть в небе. 12 октября «Правда» опубликовала фотографию следа спутника: тонкую яркую полосу в черном как смоль ночном небе над Мельбурном, Австралия.

Газеты не сообщили об имени человека, создавшего ракету, руководителя конструкторского бюро, в котором был создан Спутник. Имя Сергей Королев тогда еще никто не знал; это было засекречено.В КГБ знали, что на самом деле нет необходимости хранить имя дизайнера в секрете, но, как сказал мне глава КГБ Иван Серов, ресурсы врага были ограничены, так что пусть они тратят свои силы, пытаясь раскрыть «несекретные» секреты, а что касается настоящие секреты, руки врага были слишком коротки, чтобы до них дотянуться.

Газеты называли начальника конструкторского бюро «Главным конструктором», а Королев подписывал свои статьи в «Правде» как «Инженер Сергеев». Но мир отчаянно пытался узнать его личность.Комитет по присуждению Нобелевской премии решил вручить награду «Главному конструктору» без опроса ученых мира, но сначала ему нужно было указать имя человека. Комитет запросил это у Советского правительства.

Моему отцу нужно было подумать над своим ответом. Дело было сложным, и его не волновала конфиденциальность. Совет главных конструкторов курировал все космические проекты; главой совета был Королев, но другие главные конструкторы — более десятка — считали себя не менее значимыми.После Sputnik все они в равной степени были удостоены Ленинской премии и других советских наград.

Отец понимал, что главные конструкторы — люди амбициозные и завистливые. Отец подумал, что если бы Нобелевский комитет вручил награду только Королеву, его члены пришли бы в ярость. Они отказались бы работать с Королевым. Хорошо организованная команда рухнет, как карточный домик, и надежды на будущие космические исследования и разработку ракет рухнут. Это, в свою очередь, поставит под угрозу безопасность страны.По мнению моего отца, можно приказать ученым и инженерам работать вместе, но нельзя заставить их что-то создать.

В конце концов, мой отец сказал Нобелевскому комитету, что все советские люди отличились в работе над Спутником и что все они заслужили награду. Конечно, Королев обиделся, но промолчал. Остальные главные конструкторы спокойно одобрили решение моего отца. Нобелевскую премию получил кто-то другой.

Но, несмотря на все усилия, которые приложил мой отец, результат, которого он боялся, осуществился.Остальные дизайнеры выражали все большее недовольство тем, что Королёв получил всю огласку, пусть даже анонимно. В их «секретном» мире ни для кого не было секретом, кто стоит за титулом «Главный конструктор», написанным с заглавных букв.

Первым возмутился Валентин Глушко, конструктор двигателей, более значимый в научных кругах, чем Королев. (Сегодня это жидкостный двигатель Глушко РД-170, который летает на российских и некоторых американских ракетах.) На одном заседании совета Глушко сказал: «Мои двигатели могут отправить в космос любой кусок металла.Королев обиделся; его ракета была не просто куском металла, и после успеха со спутником он больше не считал Глушко себе равным. Спор замяли, но недовольство осталось. Вскоре Глушко предложил свои услуги другим советским ракетостроителям Михаилу Янгелю и Владимиру

.

Челомей — соперники Королева. Королев в ярости назвал Глушко змейкой в ​​траве и отказался снова с ним сотрудничать.

Даже мой отец не мог помириться между ними.Технически Глушко по госзаказу продолжал проектировать двигатели для Королёва, но работа под давлением шла плохо. Без усилий Глушко Королеву пришлось нелегко; в результате он — и Советы — проиграли гонку на Луну американцам, несмотря на первоначальный триумф Спутника.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.