Козырь алексей – Алексей Козырь. архитектура & интерьеры

Дом в Подмосковье: проект мастерской Алексея Козыря

13 августа 2015

Этот дом по праву можно назвать родовым гнездом. Во-первых, в нем живут три поколения семьи. А во-вторых, его фасад — плетеный

Найти этот дом в подмосковном поселке Тишково не составляет труда. «Вы его точно не пропустите. Представьте себе гигантскую корзину»,— давал нам указания местный житель, высоко задрав голову.

Вид на дом со стороны Пестовского водохранилища. Кирпичное здание утеплили, обив стены водостойкой фанерой, на которой на бетонном основании закрепили плетеный фасад из гнутых деревянных планок. На уровне цоколя — помещение для хранения лодок и катеров, крыша которого служит летней террасой.
Фото: 
Ричард Пауэрс (Richard Powers)

И правда, сплетенный из деревянных прутьев фасад заметно выделяется среди тесно прижавшихся друг к другу коттеджей начала 1990-х годов. «Этот дом был построен по типовому проекту, — рассказывает архитектор Алексей Козырь. — Бетонное здание представляло собой огромный цилиндр, врезанный в прямоугольный объем. Неправильный рисунок окон. По первоначальному плану там, вероятно, предполагалась еще и башенка. Но хозяев такой вид дома не устраивал, и они обратились к нам. Реконструкция заняла несколько лет». Архитекторы кардинально изменили внешний облик здания, окружив его со всех сторон плетеными экранами.

Благодаря пристройке и дополнительному этажу площадь дома увеличилась на 200 кв. метров
Большая двусветная гостиная, объединенная со столовой и кухней. Стол и скамья привезены с Бали. Кресло, стулья, скамейки, ИKEA. Cветильники сделаны по эскизам архитекторов.
Фото: 
Ричард Пауэрс (Richard Powers)

«Источником вдохновения для нас стали обычные деревенские плетни и работа художника Николая Полисского «Арт-базар», показанная на фестивале «Арт-Клязьма» в 2003 году, — рассказывает Алексей. — Это были десять конусов, сплетенных из березовых прутьев».

Комната для занятий йогой. Интересное решение — бетонный потолок со следами опалубки. Чтобы не нарушать целостность поверхности, электропроводку не стали встраивать, а проложили прямо по потолку в трубках из нержавеющей стали. Потолочный светильник сделан по эскизам архитекторов. Пол выложен еловыми досками. Столик привезен из Индонезии. Шторы, галерея Arte Domo.
Фото: 
Ричард Пауэрс (Richard Powers)

«Мы использовали не березу, а лиственницу, но принцип тот же. Кстати, угловые элементы гнули по-честному, вручную — в ведрах, в кипятке, как положено». С трех сторон экраны примыкают вплотную к фасаду, и лишь со стороны дороги «плетень» проходит в трех метрах от основного здания и играет роль забора.

Вид здания со стороны дороги. Плетеный экран фасадов расположен с отступом 3 метра от бетонной стены дома и выполняет функцию забора.
Фото: 
Ричард Пауэрс (Richard Powers)

Пространство между экраном и стеной дома —двор-колодец: через него гости и хозяева попадают в дом. «В случае, если бы «колодец» получился слишком темным, мы бы просто вытащили часть планок, как из корзины, — говорит Алексей Козырь. — Но света оказалось достаточно».

Винтовая лестница соединяет все три этажа дома. Лестничное ограждение из металлических трубок — альтернатива традиционным перилам. Производство бетонных конструкций — Глеб Бакитько.
Фото: 
Ричард Пауэрс (Richard Powers)

С противоположной стороны архитекторы пристроили к дому двусветный объем, в котором расположилась гостиная с панорамным видом. Здесь любит собираться вся семья. Оставшиеся от первоначального проекта окна на втором этаже основного здания теперь выходят не на улицу, а в гостиную.

Гостиная. Стены оштукатурены и покрашены разбавленной водоэмульсионной краской: благодаря едва уловимым переходам от более светлого к более темному оттенку серого поверхность не выглядит монотонно. Для пола в столовой использовали еловые доски, в гостиной — сланец. Мягкая мебель сделана на заказ. Журнальный столик и скамья привезены с Бали. Зеркало изготовлено на заказ. ­Шторы — студия Arte Domo.
Фото: 
Ричард Пауэрс (Richard Powers)

«В этом помещении с высокими потолками хорошая акустика, — говорит Алексей Козырь. — Поэтому хозяева устраивают здесь концерты. Можно слушать музыку внизу, сидя в столовой на первом этаже, или наверху, распахнув окна спален. Вроде как партер и бельэтаж в театре!»

Когда занимаешься реконструкцией, ты вынужден мириться с «соавтором». Специально такой дом не нарисуешь

Из спальни на третьем этаже можно выйти на крышу, оттуда открывается прекрасный вид на Пестовское водохранилище. Вторая открытая терраса обустроена на выступающей кровле помещения для хранения лодок: оно расположено в цокольном этаже, площадь которого больше, чем у первого. Попасть на нее можно из гостиной.

Ванная комната. Сантехника, Duravit. Пол и стены облицованы сланцем. Боковая стенка ванны декорирована переплетенными планками из лиственницы — под стать фасаду дома.
Фото: 
Ричард Пауэрс (Richard Powers)

Мебели в комнатах почти нет: интерьер лаконичен, акцент сделан на архитектуру. «Восточная тема, близкая хозяевам, этому дому очень подошла, — говорит Алексей. — Она прочитывается и в мебели, большая часть которой привезена с Бали». Покидая дом, вновь попадаешь во двор, скрытый за плетеным экраном, отбрасывающим на землю причудливые тени.

Спальня на втором этаже. Большое окно выходит в двусветную гостиную, расположенную в пристройке. Кресло, ИKEA. Шторы, студия Arte Domo.
Фото: 
Ричард Пауэрс (Richard Powers)

«В недрах нашего «биофасада» поселились летучие мыши. Теперь можно с уверенностью сказать, что этот проект по-настоящему экологичный», — говорит Алексей Козырь. На момент публикации дом получил две архитектурные премии — «Под крышей дома» и «Архновация».

Спальня на третьем этаже. Кровать сделана на заказ. Пол обшит еловыми досками. Потолочный светильник изготовлен по эскизам архитекторов. Шторы, студия Arte Domo.
Фото: 
Ричард Пауэрс (Richard Powers)

Elle Decoration

Хёрст Шкулёв Паблишинг

Москва, ул. Шаболовка, дом 31б, 6-й подъезд (вход с Конного переулка)

www.elledecoration.ru

Алексей Козырь — портфолио, услуги, публикации, контакты специалиста

  • Вход
  • Регистрация

Вход через соц. сети:

  • Используйте вашу учетную запись Яндекса для входа на сайт.
  • Используйте вашу учетную запись Google для входа на сайт.
  • Используйте вашу учетную запись на Facebook.com для входа на сайт.
  • Используйте вашу учетную запись VKontakte для входа на сайт.
  • Используйте вашу учетную запись Odnoklassniki.ru для входа на сайт.
  • Используйте вашу учетную запись Мой Мир@Mail.ru для входа на сайт.
Забыли пароль? ВОССТАНОВИТЬ ПАРОЛЬ Даю согласие на обработку персональных данных и согласен
с правилами сайта

Регистрируясь на сайте или авторизуясь через соц. сети, Вы соглашаетесь с условиями пользования сайта и даёте согласие на обработку персональных данных.

archiprofi.ru

Алексей Козырь | Архитектурный блог

вот понаписала еще, кажется, на зимних каникулах, смотрю лежат, здесь пусть

Тенденция года

В ЦИХе мы главную тенденцию минувшего года окрестили как наступление Постархитектуры. Постархитектура — концепт, отражающий не столько остановку архитектурного конвейера, сколько запуск механизма рефлексии. За десятилетия строительного бума у наших зодчих появился, пожалуй, один общепризнанный тренд — «архитектура как мусор». При этом уязвленное помешательство на хай-теке, в крайнем случае, дорогих материалах. Странный симбиоз: «мусора из фацета». «Все массовое есть способ уничтожения пространства» (А. Раппопорт). Другое дело отмечаемая Евгением Ассом ‘постпространственность’ современной культуры: на смену тактильно-телесному переживанию пространства приходит визуальность. Возможно, Постархитектура даст ответ на эту смену культурной парадигмы. А общество сформирует новые ценности: смыслом и функцией архитектуры не может быть «застывшее бабло».

Персона года — Александр Бродский.

Когда стала формулировать тенденцию года, вопрос выбора Персоны решился сам собой. Бродский опережает время; художник перманентной катастрофы, он уже осмыслил и художественно пролонгировал «жизнь после кризиса». В его версии она прекрасна.

Для меня Бродский, безусловно, ‘постархитектурен’. Его искусство останется и будет востребовано даже тогда, когда архитектура в ее современном понимании упразднится.

Да, и постоянный соблазн наших архитекторов: о Бродском говорили зарубежом. Две громкие премьеры в Нью-Йорке: выставка — фирменные глиняные головы с мониторами в затылках и пр. инсталляции и декорации к спектаклю «Waiting for Godot».

Событие года

Активизация общественности, собственно конкретных события два: консолидация художественной элиты против сноса ЦДХ и встреча кинорежиссера Александра Сокурова с премьер-министром В. Путиным. В первом случае запомнилась впервые так четко артикулированная фраза: «У власти не должно быть вкуса!» Безусловно, «фостериана» схлопнулась из-за кризиса, да и сделано общественностью было не так уж много, но в воздухе впервые почувствовался какой-то разряд. Сокуров просто порадовал внятной и по делу критикой господ архитекторов. Может быть, кризис их подосвободит из крепостничества у девелоперов.

Анти – Событие года

Снос ArtPlay. Без комментариев. Ну, разве что из личного — с этим зданием связано много воспоминаний. Ещё из анти-событий назвала бы объявление о превращении Наркомфина в бутик-отель. Мне почему-то дорог именно этот ржавый корабль. Опять же личные воспоминания и вообще. Не думаю, конечно, что его бы выкрасили в розовый, а входные ручки оклеили пухом… Но кто их знает?

Реализация года

Выбирая между двумя театрами Mercury работы «Проекта Меганом» и Мастерской Петра Фоменко на набережной Тараса Шевченко по проекту Сергея Гнедовского, я бы предпочла театр Петра Фоменко, сделанный Юрием Григоряном. Но так как для моего любимого режиссера здание построил не мой любимый архитектор, то реализацией года назову офис «Эфир» в Бутиковском переулке «Проекта Меганом». Легкая, динамичная, светопроницаемая постройка. Что меня всегда настораживало в современной московской архитектуре, так это её тяжеловесность и серьёзность (в худшем случае помпезность). Здесь всё наоборот. Кроме того, Григорян в прошедшем году закрепил за собой статус пишущего архитектора. В контексте его размышлений о «рисунке пустоты» здание иначе живет и воспринимается. Когда-то Р.Б.Фуллер, говоря об «эфемеризации» современной архитектуры, дал два толкования: мобильность и невесомость плюс перенос центра тяжести архмысли в область словесного её выражения. «Эфир» Григоряна «эфемерен» в обоих смыслах.

Проект года

Галерея «Цех 5» Алексея Козыря на Винзаводе. Первая архитектурная галерея в России — площадка поиска точек соприкосновения архитектуры и современного искусства. Здесь случился неожиданный опыт художественного диалога Евгения Асса и Юрия Аввакумова.

Первый представил неожиданный опыт деконструкции в духе аввакумовских лестниц.

Второй — созерцательную фотопанораму на излюбленную ассовскую тему — горизонт.

Выставка года

Назову две (по хронологии): «Горизонты» Евгения Асса в Крокин галереи и BorhHouse Юрия Аввакумова в Сан-Стае в Венеции.

Когда я спрашивала сотрудников Крокин галереи после открытия, не будет ли у них, например, ещё выставки рисунков А. Бродского, мне сказали: «Да мы вообще с архитекторами не работаем!» «А Асс?!» «Он художник!» И это при том, что за графикой целая авторская концепция, находящая своё выражение в архитектурной практике. К тому же Евгений Асс сделал за этот год несколько замечательных дизайн-проектов чужих выставок: например, шикарна была экспозиция А. Красулина ‘Бронза о Мандельштаме’ в Аптекарском приказе.

BorhHouse ― прекрасен по посылу «рождение новой формы» и по исполнению. Юрий Аввакумов ― один из немногих, кто провоцирует цех на концептуализацию.

Премия года

«Вызов времени». Ну, если японцы пестовали наших «бумажников», почему бы теперь нам не поощрить их? Хотя, надеюсь, у нас скоро появятся и свои герои — «постархитекторы».

orlova.cih.ru

Алексей Козырь о месте искусства в буднях архитектора

О том, какое место занимает современное искусство в российских и зарубежных проектах. Почему архитектор должен творить в соавторстве с художником. И что висит в офисе любого уважающего себя британского архитектора.

На фото:

Алексей Козырь — модный московский архитектор. Помимо проектирования интерьеров, активно участвует в многочисленных выставках, инсталляциях, биеннале. Организовал собственную галерею современного искусства на стыке с архитектурой.

Выставочный зал галереи «Цех V». О зашоренности. В последних проектах я все время работаю в соавторстве с современными художниками. У меня галерея была на «Винзаводе», называлась «Цех V». Она была задумана как стыковочное звено между архитектурой и современным искусством. Я архитектор, и по себе сужу — мы «живем» в своей системе координат: СНИПы, разрешения, горит — не горит, влезет — не влезет, подходит ли по бюджету. Ты варишься в этих приземленных материях и они сильно влияют на твою работу. Художники выше этого: соответственно, у них более широкий ум. Именно потому архитектору так важен союз с художником.
Проект «Базилика—изба» архитектора Александра Константинова. О синтезе. Есть масса западных примеров — те же Жак Херцог [Jacques Herzog] и Пьер де Мерон [Pierre de Meuron] с китайцем Аем Вейвеем (Ai Weiwei) сделали стадион «Птичье гнездо» к Олимпиаде в Пекине. На Западе это вообще распространенная практика. Тот же Саша Константинов, — его приглашают делать всякие ритмические заборы, абстрактные композиции на брандмауэрах. Архитектор, если можно так сказать, адаптирует искусство к массовому потреблению. Те же скульптуры органично смотрятся в пространстве современных домов. Это не музей — это видят люди. Они будут ходить мимо этих домов, купаться в этих фонтанах… То есть, происходит такая адаптация современного искусства посредством архитектуры к жизни потребителя.
Столовая из проекта архитектора Алексея Козыря. О запросе на современное искусство. Пока в нашей стране потребитель не очень готов к восприятию современных объектов. Но с ним надо работать. Надо его просвещать и должно быть 50 передач типа «Квартирного вопроса», только про архитектуру, про музеи, исторически-познавательных. Я вообще говорю заказчикам: лучше купите картину у художника, чем диван за 30 тыс евро. А так вы с одной стороны и деньги правильно вложили, и художнику помогли и в-третьих, у вас модное актуальное жилье получается.
Серия картин Buteflies Colours от Damien Hirst. О личных предпочтениях. Дамиен Хёрст, его «бабочки» висят во всех продвинутых британских офисах архбюро. Вообще если Хёрст не висит — ты уже лузер. У нас с этим проще. У меня лично в мастерской висят три картины Кости Бутенкова, моего любимого художника. И еще фотографии Саши Пономарева.

В статье использованы изображения: nikola-lenivets.com, damienhirst.com


www.4living.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.